В тот год зима была снежная и мягкая. Мы тогда только начали встречаться "по-серьезному" и любовь наша, "земная и небесная" была неиссякаема и не утомима. Мы - я и Она, работали оба по графику "сутки через трое", и вернувшись, сразу бросались на диван, чтобы подняться с него через три дня. Как-то ночью, когда взаимные фрикции наши в который раз достигли наивысшего накала, отчаянно и сильно заколотили вдруг по трубе отопления. Не успели мы хоть как-то одеться, как уже заверещал звонок у входной двери. На правах хозяйки она первая пошла открывать. "Вы заливаете нас!!! Неужели вы не видите, ну сколько можно терпеть!" - хрипя от злобы, будто спущенный с цепи волкодав, вслед за открываемой дверью ворвался на порог седовласый грузный мужчина в халате, с открытой волосатой грудью. За ним нетерпеливо толпились еще несколько человек, так же настроенных решительно. Я в те годы занимался каратэ и мог свободно красный строительный кирпич кулаком дробить.Я выдвинулся вперед и спокойно-доброжелательно спросил:"В чем тут дело, товарищи?" Моя невозмутимость подействовала положительно, и старший "товарищ" сказал уже вполне спокойно, хоть и с укоризной в голосе:"У нас уже весь потолок мокрый, и как раз под вашей комнатой!" Всей толпой мы вошли в комнатку, только-только бывшей отстраненным от всего мира "теплым гнездышком". "Как видите, пол сухой, мы не могли вас залить ..." - сказала она. Соседи растерянно затоптались, собираясь уходить. Тут, черт потянул меня за язык: "Подождите, единственным источником воды здесь может быть только система отопления, давайте осмотрим батарею!" Отодвинули диван и явственно услышали несильное шипение.. В низу батареи, испод контргайки вырывалась вода в виде облачка и тут же уходила под линолеум. "Нужно вызывать аварийку!" - сказал я. Соседи ушли. Мы переглянулись и рассмеялись:"Наша работа!". Минут через десять явился человек в кепке и резиновых сапогах, с виду мой ровесник."Мы, вообще-то аварийку вызывали ..."- протянула она. "А я как раз тот аварийщик и есть! Гриша." - представился он, протянув мне руку. "Еврей" - подумалось мне - "еврей и аварийный сантехник, - редкое сочетание." " Григорий, а где хоть инструмент ваш?" В ответ он вытянул из-за голенища ключ - "шведки" первого номера: "Ну, вперед? Где ваш "объект" протечки?" Отодвинули диван. "У тебя медная проволока есть?"- спросил Гриша, не оборачиваясь. "Нахрена ему медная проволока?"- подумалось мне. Нашли кусок провода. "Сними, пожалуйста изоляцию, в я пока "объект" подготовлю". Кухонным ножом я сдернул во мгновение ока изоляцию и стал смотреть, что будет делать Григорий. Он бесстрашно снял пальцами бесполезно висящий лен, взял протянутый мною провод и аккуратно наложил несколько оборотов его вместо пакли. Затем, аккуратно поджал гайку и шипение прекратилось. "Просьба не повторять" - тихо, со значением сказал Григорий поднимаясь, будто минер, благополучно сделавший свое дело: "Можно бы и так оставить, протечки уже не будет, но, все-таки вызовите утром "своего" водопроводчика, здесь нужно сгон поменять. Если что, моя фамилия Фридман". По уходу Григория опять, надежно сомкнулась тишина ночи, но с улицы, вдалеке, уже слышалась утренняя лопата дворника ...