Проводница проверила у пассажирки проездные документы, кинув мимолетный взгляд на лицо, и пропустила ее в дешевый, плацкартный вагон. На средства, отпущенные Насте при освобождении, взять билет в купе было невозможно. Дорога предстояла недолгая, до станции назначения было чуть больше двух тысяч километров. Поезд тронулся, увозя Настю в городок, в котором она не была пять лет. Женщина, не отрываясь, глядела в окно, за которым проносились полустанки, радовала глаз бесконечная сибирская тайга. И думала о своем. Начало по ссылке: Первый день на свободе.
Когда она в последний раз видела Ваську, ему было четыре года. Хорошо, что его миновала судьба детдомовца: бабушке, невзирая на возраст, разрешили оформить опеку. Наверно, одним им там тяжело. Ничего, думала Настя, завтра я вернусь, и все пойдет по-другому.
Дверь открыл неуловимо знакомый мальчик, ростом он был почти с Настю:
- Вы к бабушке? Ее нет, она в магазин пошла.
Настя без сил прислонилась к дверному косяку:
- Здравствуй, сынок…
В ту же секунду перед ее носом захлопнулась дверь. Она плакала и безостановочно жала на кнопку звонка, но из-за двери не доносилось ни звука. Потом вышла во двор и села на лавочку. Ждать пришлось недолго, скоро из-за поворота показалась тяжелая, уставшая фигура пожилой женщины с пакетами в руках.
- Ирина Михайловна! – бросилась к ней Настя, - Вот я и дома! Вася так вырос, не узнал меня совсем...
- Как же, не узнал, - съязвила старуха, - Еще как узнал! Мы уже неделю твоего возвращения дожидаемся. Так вот, слушай меня внимательно: чтобы духу твоего здесь не было, поняла? Ты Ваську отца лишила, убийца, а теперь хочешь, чтобы он с распростертыми объятиями тебя принял? Не дождешься!
Настя чуть не задохнулась от несправедливых слов свекрови и напомнила ей, как все было:
- Но он же, в белой горячке, за Вами с ножом по квартире гонялся! Я же Вас тогда спасла. И не собиралась я его жизни лишать, так – оглушить только. Кто же знал, что так получится.
- Ну, побегал бы и успокоился! Он же золото был, когда трезвый. А ты одним махом меня сына лишила, а Ваську – отца. Даже не вздумай теперь с сыном встреч искать. Для него ты – первый враг теперь, поняла?
Да уж, поняла, подумала Настя. Маленькому ребенку можно внушить все, что угодно. Вряд ли он помнит, как я с ним, завернутым в одеяльце, убегала на мороз, спасаясь от кулаков пьяного отца. Он уже давно забыл, как отец отшвырнул его, трехлетнего, и он ударился затылочком об угол стола. Наверно, шрам до сих пор остался. Теперь, стараниями свекрови, Вася хранит в памяти светлый образ отца и проклинает мать-убийцу, которая плачет сейчас возле дома. И не знает, что предпочесть: озеро за городом или железнодорожные пути. Продолжение по ссылке: Соберись, тряпка! И не бросай меня, пожалуйста.