Каждый раз, когда я прилетала в Стамбул, встречал меня мистер Четинкая и первым делом вёз показать, как идёт строительство его дома. Мне не очень хотелось туда ехать, но видя, что ему не терпится показать всё новое, что там появилось, я конечно, безропотно, хотя и без интереса, ехала. А он показывал и видно, как гордился этим своим детищем.
А гордиться есть чем.
Выросший в бедной многодетной семье в горном селении на берегу Чёрного моря, юный Ибрагим приехал в Стамбул с целью заработать денег и помочь своим родителям. Он начинал с чистильщика обуви, потом продавал газеты на улице, потом разносил чай по офисам. В одном из офисов Шиппинг-компании он подружился с парнем, который работал фрахтовым агентом. Когда у друга была ночная смена, Ибрагим приходил к нему и тот в тайне от владельца компании учил его всему, что умел сам. А сам друг не многое и умел, и был, видимо, плохим отфрахтовщиком. К тому же, встречаясь с девушкой, друг не досыпал и в ночную смену ему неудержимо хотелось спать. И не раз случалось, что он засыпал, передавая управление зафрахтованными судами Ибрагиму. А Ибрагим начал серьёзно изучать эту работу. Поняв, что от друга он не сможет получить достаточно знаний, ходил в техническую библиотеку порта, читал, конспектировал. Вскоре знал гораздо больше того, что знал друг.
Но для того, чтобы его взяли на работу фрахтовым агентом, нужен был документ. Отказывая себе буквально во всём, Ибрагим копил деньги на обучение в школе фрахтовых брокеров в Италии. Помимо разносчика чая он стал выполнять и работу уборщика, причём уборщика тех общественных мест за которые много платили. Параллельно самостоятельно совершенствовал свой итальянский язык, знания которого потребуются обучаясь в школе фрахтовых брокеров.
Наконец, с сертификатом итальянской школы, Четенкая принялся искать подходящую работу фрахтового агента. Но найти нужную работу не получилось. Года два поработал шипчандлером, обслуживая проходящие суда по Босфору, а потом решил заняться отфрахтовкой самостоятельно. Довольно долго отфрахтовка давала очень маленькие деньги, в этом деле вначале надо заработать себе имя, чтобы стать узнаваемым на фрахтовом рынке. Поняв, что надо заняться ещё каким-либо делом, он взялся за покупку/продажу подсолнечника. Заключал договоры на закупку судовых партий подсолнечника в Советском союзе, продавал его турецкому комбинату-изготовителю подсолнечного масла, получив деньги от комбината, рассчитывался с поставщиком семечек. Дела пошли. Доходы росли, к тому же он начал экспортировать подсолнечное масло в другую страну. Как не странно, но зачастую этой другой страной был Советский союз. Такая получалась для Советского союза цепочка: вырастили подсолнухи, отправили в Турцию, в Турции сделали из подсолнечника масло и отправили это масло опять же в Советский союз.
А тут и мало по мало и фрахт начал давать результат. Доходы росли. К тому времени, когда я в 1992 году познакомилась с мистером Четинкая, это уже был успешный бизнесмен, один из богатейших людей в Турции, занимающийся политикой будучи членом партии "Родина" с эмблемой «Пчела» Он имел большое офисное помещение в пять этажей в самом центре европейской части Стамбула и жил с семьёй в закрытой части города.
Как раз в это время он начал строительство дома для своей матери. Строил 11-ти этажный дом, где один этаж будет занимать его мать, а остальные этажи предназначены для восьми братьев и сестры, чтобы они навещая мать жили каждый своей семьёй на своём этаже. Этому дому мистер Четинкая дал имя своего отца. Именем отца он также назвал свой первый теплоход. Очень сожалел Четинкая, что отец покинул этот мир так и не узнав об успехах сына.
Дом получился роскошный. Отца уже не было, а мать успела в нём пожить около десяти лет. Почти все семьи братьев и сестёр живут в этом доме постоянно, в чудесном подарке от брата Ибрагима.
Когда строительство дома закончилось для него это стало обыденным и он перестал меня туда возить.
Здесь можно посмотреть о турецкой свадьбе: Четинкая выыдавал дочь Эмили замуж.