Вообще национальный вопрос очень тонкая штука. Хотя бы вспомним нетленку товарища Сухова: «Восток - дело тонкое». Чуть что не так сказал,
и все... Обиды, щеки надувают, может и до третьей мировой дойти. А как иногда судьба перетасовывает людей, которые в принципе не должны
были встретиться. Вот, например, что общего у голландцев и бурятов? Как должны искривиться параллели, чтобы им встретиться? Но бывает и такое. Занесло как-то в наши края голландских журналистов. Поснимать Байкал, с людьми поговорить, о местных обычаях написать. Ехали с опаской, а как же, места глухие, земля сырая - веди себя правильно. В гиды им достался Лешка Карамелькин, местный парень, балагур и стихоплет. И вот такой разговор
на национальные вопросы у них получился, а дело было в позной, на берегу священного озера:
- Я когда маленький был, жил в Северной Голландии... - мечтательно произнёс Оллаф. Леха закатил глаза и представил как бедные, маленькие голландцы скачут на северных оленях, в эскимосских одеждах, месяцами не видя света дневного. Но что-то его кололо под ложечкой, какое-то сомненьице.
- Оллаф, а северная Голландия далеко от южной?
- Даааа, очень далеко. Триста пятьдесят километров. - Лёха с трудом сдержал саркастическую улыбку. Конечно, на его родине триста пятьдесят километров для бешеной собаки вообще не крюк. Но смеяться не стал, так как его интересовал второй вопрос:
- Скажи, друг, а почему в начале Второй Мировой немцы Роттердам с лицом земли сравняли? Вы, наверное, как наши в Сталинграде, ожесточенно сопротивлялись?
- Неееет. К началу войны вся наша армия на велосипедах была. Это немцы так нас напугать решили и разбомбили Роттердам. У нас всего один танк был, и тот на границе с Бельгией.
- А зачем он на границе с Бельгией, если вас немцы бомбили? - удивился Лёха.
- А это наш акт устрашения был! Не любим мы этих бельгийцев, странные они какие-то! Мне работать нужно, Лёша, расскажи о вашей местности. Кто здесь коренные жители? Какие у них обычаи?
Теперь настала Алешкина очередь удивлять иностранца:
- Коренные жители у нас буряты. Делятся они на четыре рода: Хоринцы, Хонгодары, Эхириты и Булагаты. Сами они себя называют потомками Чингисхана, но проверить это не представляется возможности...
- А обычаи? - Оллаф яростно строчил пером по бумаге.
- Обычаи? Есть один... Ты знаешь, что в Китае символом женской красоты считается маленькая ножка? И для этого девочкам надевали деревянную колодку.
- Конечно.
- Так вот, у бурят символом красоты считается круглоликость, луноподобие. Чем лицо круглее, тем породистее считается род. А знаешь как этого добивались? - Лёха входил в раж, - детям надевали обручи от бочек на голову и подтягивали. Тогда форма черепа принимала идеально круглую форму. Глаза у Оллафа стали вылазить из глазниц. - Вот когда глаза у них как у тебя начинали вылазить, обруч ослабляли.
- А стандарты какие-то общие или в каждом случае индивидуальные? - Оллаф продолжил записывать дальше.
- Конечно общие, все по науке, на каждый возраст была своя сковородка. Её прикладывали к лицу и смотрели подтянуть обруч или ослабить...
И тут к ним подошла луноликая бурятская красавица принять заказ. Все сомнения у Оллафа разом отпали. Лёха взял инициативу в свои руки и заказал по две порции поз.
- А что такое позы, - на свою беду поинтересовался журналист.
- Как бы тебе объяснить? Пельмени знаешь? Почему у них ободок по кругу?
- Конечно, их руками лепят, поэтому и ободок от защипа остаётся, - блеснул великолепным русским и эрудицией голландец.
- Ну так вот, поза это большой пельмень, только его не руками защипывают, а бурятские женщины зажимают краешек теста губами и резко, резко по спирали закручивают...
- Деееевушка, мне позы не надо, принесите макарон!!!!
