Один из них, Виктор Люстиг из Богемии (ныне Чешская Республика), сумел продать предпринимателю символ столицы Франции – Эйфелеву башню. Будучи выходцем из буржуазной среды, Люстиг получил хорошее образование, владел пятью европейскими языками и обладал хорошими манерами, но свои незаурядные способности использовал исключительно для осуществления своих криминальных идей. Первую оригинальную аферу, которая принесла ему $30 000, он провернул в 1910 году, когда ему исполнилось 20 лет. Люстиг продемонстрировал потенциальному покупателю сконструированный им компактный станок для печатания фальшивых стодолларовых купюр, объяснив, что единственный его недостаток заключается в низкой производительности – одна банкнота за шесть часов. На глазах клиента он заложил в машинку нарезанные листы бумаги, а через означенное время тот уже смог подержать в руках банковский билет, который не смог отличить от настоящего. После этого состоялась сделка: Люстиг получил наличными запрошенную сумму в $30 000,
Один из них, Виктор Люстиг из Богемии (ныне Чешская Республика), сумел продать предпринимателю символ столицы Франции – Эйфелеву башню. Будучи выходцем из буржуазной среды, Люстиг получил хорошее образование, владел пятью европейскими языками и обладал хорошими манерами, но свои незаурядные способности использовал исключительно для осуществления своих криминальных идей. Первую оригинальную аферу, которая принесла ему $30 000, он провернул в 1910 году, когда ему исполнилось 20 лет. Люстиг продемонстрировал потенциальному покупателю сконструированный им компактный станок для печатания фальшивых стодолларовых купюр, объяснив, что единственный его недостаток заключается в низкой производительности – одна банкнота за шесть часов. На глазах клиента он заложил в машинку нарезанные листы бумаги, а через означенное время тот уже смог подержать в руках банковский билет, который не смог отличить от настоящего. После этого состоялась сделка: Люстиг получил наличными запрошенную сумму в $30 000, а клиент унес чудо-станок. Молодой мошенник сразу же засобирался к отъезду, поскольку хорошо знал, что произойдет дальше: придуманное им хитроумное устройство вместо очередной купюры выдаст одураченному покупателю чистый лист бумаги – фальшивым был сам станок, а демонстрационные стодолларовые купюры были подлинными .
