Найти тему
Арманен

Что рассказывают армянские банкноты о нашем менталитете?

Армянские банкноты разного номинала
Армянские банкноты разного номинала

Люди, которым приходится много путешествовать и иметь дело с денежными знаками различных стран, как правило, бывают озабочены их покупательной способностью или обменным курсом и редко обращают внимание на дизайн или изображения на купюрах. А последние о многом говорят; я имею в виду не только историю и культуру выпускающих банкноты стран, но и, если так можно выразиться, их государственный менталитет, степень политической уверенности в себе. И если бы кто-нибудь не поленился соорудить корреляционный график между проводимой сегодня политикой различных стран и изображениями на их банкнотах, картина, уверяю вас, получилась бы весьма поучительная.

Наиболее яркий пример политической уверенности в собственной правоте и непогрешимости дают купюры Соединенных Штатов. На них мы видим отцов-основателей страны и государственных деятелей, в основном президентов. Среди них Бенджамен Франклин, Джордж Вашинг­тон, Томас Джефферсон, Ав­раам Линкольн, Эндрю Джек­сон и т.д. При­чем все знают, что президенты, глядящие на нас с американских банкнот, строили свою страну железом и кровью.

Посмотрите, какой контраст с купюрами Евросоюза. Ди­зайн евро полностью обезличен - мосты, арки, акведуки и порталы зданий, исполненные в различных архитектурных стилях, причем изображены не конкретные памятники, у которых есть родина и создатель, а некие абстракции, чтоб никому обидно не было.

На казахских тенге - народные певцы-акыны. На грузинских деньгах - ученые, деятели культуры. Только царица Тамара на банкноте в 50 лари напоминает о прошлом величии. Иск­лю­чение составляет Мол­до­ва, поместившая на всех своих купюрах портрет господаря XV века Штефана Великого. Это немного напоминает китайский опыт, где на всех без исключения банкнотах великий кормчий Мао. Просто и доходчиво. И чтоб без лишних иллюзий.
Я иногда думаю - вот мы, армяне, всегда обращены к миру своими поэтами, архитекторами, священниками, художниками и музыкантами. То есть своими мыслями, мечтами, колебаниями, неуверенностью. Но никогда - не саблями и не штыками. На наших купюрах - Чаренц, Ту­манян, Исаакян, Сарьян. На вышедших из обращения банкнотах - композитор Хачату­рян, архитектор Тама­нян, академик Амбарцумян. На новых - христианские свя­тыни. Та же концепция. Те же сомнения в собственной политической истории, то же неустоявшееся восприятие собственного прошлого. Единст­венные ориентиры лежат в духовной сфере, пример - христианство, однако почему-то воплощенное в какой-то полузабытой персоне эдесского правителя с семитским именем Абгар. На наших дензнаках нет ни великих древних и средневековых царей, ни полководцев, ни героев освободительных войн, ни государственных деятелей. Мы, кажется, не осознаем, что мучительная неуверенность в своем прошлом подтачивает нас изнутри. Деваль­вации ведь подвержена не только валюта...
Я вовсе не призываю немедленно заменить деятелей культуры на наших купюрах на царей Тиграна Великого, Ашота Железного, Левона II или украсить их портретами Арама Манукяна, Дро, Нждэ. Просто предлагаю поразмыслить: мы сознательно или бессознательно хотим уподобиться тем народам, которые нашли уже тихую гавань, но наш конфликт с собственным прошлым еще не преодолен и поэтому мы мечемся между крайностями, не умея выстроить модель своего будущего. Это заметно по многим признакам; изображения на банкнотах просто повод открыть дискуссию.