Как-то раз в 2014 году в мой адвокатский кабинет зашел интеллигентный с виду дедушка с папкой бумаг. Мужчина рассказал, что в 1994 году он открыл накопительный жилищный вклад в одном из местных Сибирских банков. Суть договора заключалась в том, что банк раз в 2 недели устанавливал курс 1 квадратного метра жилья, и внося деньги во вклад, вкладчик мог накапливать квадратные метры. Вкладчикам выдавалась специальная карточка, в которой записывалось количество накопленных квадратных метров и денежное выражение остатка по счету. Условия вклада схожи с современными металлическими вкладами, только вместо массы драгметалла на счете учитывается количество квадратных метров.
При накоплении 30 квадратных метров, вкладчик был вправе требовать от банка однокомнатную квартиру. К 1998 году мой клиент накопил необходимое количество квадратных метров и радостно пошел в банк за квартирой. Думаю, вы уже догадались, что никакой квартиры он не получил. Когда мужчина начинал вносить деньги, квадратный метр жилья в Новосибирске стоил меньше 500 рублей с учетом деноминации, в 1998 году после дефолта стоимость жилья выросла до более чем 5000 рублей за квадратный метр. Ни один денежный вклад не давал таких процентов, банк либо прокололся в анализе рынка недвижимости, либо заведомо не собирался исполнять договор.
Сначала банк писал отписки, директор заверял, что банк финансирует строительство многоквартирного дома, и после сдачи дома в эксплуатацию, одна из квартир достанется моему клиенту. В 1999 году указный в письме дом был сдан в эксплуатацию, на новую претензию мужчины с требованием о выдаче квартиры банк направил письмо, согласно которому договор вклада расторгнут задним числом в одностороннем порядке согласно внутренним документам банка. Банк предложил забрать накопленные деньги на момент расторжения договора и проценты по ставке для вклада до востребования в общей сумме около 50 000 рублей. Квартира стоила на тот момент около 200 000 рублей.
Хотя по банковским вкладам не применяется срок исковой давности, изначально я скептически относился к результату судебного разбирательства. Я неоднократно занимался попытками оспорить незаконные схемы отъема имущества в 90-е годы у граждан, например, когда предприятия незаконно приватизировали общежития с людьми и перепродавали их третьим лицам. Суды обычно придерживаются философии «что было, то прошло», итоги отъема имущества у населения в 90-е годы не пересматриваются. Но все-таки я решил заняться этим делом, уж очень несправедливо обошелся банк со своим вкладчиком, да и заработать в случае выигрыша можно было неплохо.
Местный банк к моменту начала судебных споров присоединился к более крупному, чтобы не стать очередной жертвой Центрального банка, начавшего компанию по отзыву лицензий. Поэтому судиться пришлось уже не с мелким банком, а с крупнейшим на тот момент частным банковским холдингом.
Дело длилось полтора года, было проведено более 20 судебных заседаний. Несколько томов дела составляли представленные сторонами варианты расчетов средств на вкладе с 1994 года. В итоге, к всеобщему удивлению, в конце 2015 года суд взыскал с банка сумму вклада, эквивалентную средней цене 30 квадратных метров жилья в Новосибирске в размере около 1,8 миллионов рублей, пеню, штраф и компенсацию морального вреда. В общей сложности с банка взыскали около 6 миллионов рублей, хотя до обращения в суд дедушка предлагал решить дело миром за 700 000 рублей.
Жадность банка, привела к тому, что вместо одной квартиры, пришлось выплачивать сумму равную стоимости трех квартир.
Если вам понравился материал, или вы хотите почитать текст решения суда, подписывайтесь на канал, пишите комментарии, я отвечу.