Слово "язык" многозначно: это орган речи; это – народ (вспомним, например, пушкинское "и назовёт меня всяк сущий в ней язык"); это литературоведческий термин (например, "язык произведений Достоевского", "язык Гоголя" и т.д.) Можно, наверное, вспомнить и ещё какие-то значения этого слова. Но меня сейчас слово "язык" интересует в том своём значении, в котором оно приближается к таким понятиям, как "речь" и "слово" ("Слово" и в сакральном значении, когда его можно писать лишь с заглавной буквы и в бытовом, обыденном, когда, скорее надо говорить даже не "слово", а "слова").
О том, что такое язык, слово, речь сказано и написано очень много. Особенно в России, потому что именно у нас, в русском народе, веками сохранялось отношение к слову, даже в его бытовом применении, очень ответственное. Пустословие же всегда презиралось. Потому что жили древние русичи в таких условиях, когда на пустые, праздные слова времени не было, когда от точности слова зачастую зависела сама жизнь. Да ведь и жизнь-то вся была расписана по ритуальному, в древнейшие времена языческому, а позже по христианскому календарю. В ритуале же, как известно, всякое слово несёт глубочайший смысл.
Такое отношение к языку, к слову, естественно перешло затем и в русскую литературу.
Вот, например, поэт Николай Глазков:
Слово – мир особый и иной,
Равнозначный названному им,
Если слово стало болтовнёй,
Это слово сделалось плохим,
Это слово пагубно стихам,
Это слово дом, который сгнил,
Лучше бы его я не слыхал,
Не читал, не знал, не говорил.
Такое отношение к языку, к слову, с одной стороны, и, прежде всего, конечно же – благо. Именно такое отношение к слову помогло и в годы официального атеизма сохранить русским людям душу живу, а России остаться мировой хранительницей нравственности, удерживающей этот мир от окончательного падения в бездну. Но с другой стороны – при таком доверии к слову, особенно публичному, доносимому через средства массовой информации, мы постоянно становились, и постоянно становимся жертвами обманщиков, извращающих смысл слов или подсовывающих вообще непонятные, мёртвые слова. (Например: "ваучеризация". Многие ли понимали, что такое этот "ваучер"? Или "монетизация"…)
Именно посредством языка, посредством слов, посредством радио, телевидения, прессы нас и наших детей откровенно растлевают, то есть, убивают. Убивая язык, убивают народ.
Но защитное поле срабатывает. Да, нас можно временно обмануть, но душа живая всё равно отторгнет мёртвые или ложные слова…
Нужно понимать, что именно на языковом поле происходит сейчас главная битва – Добра и зла.
И, конечно, прежде всего, надо с себя начинать. Надо честно признаться, что в этой духовной брани, мы часто уступаем. Мы сами виноваты в том, что происходит и вокруг нас и внутри нас. Язык, слово – есть выражение мысли. Вот как говорим, как относимся к своему языку, так и мыслим, а как мыслим – так и живём.
Я даже не матерщину, - откровенное, конечно же, зло, - имею ввиду…
Но всё же скажу несколько слов и о мате. Вот его уж точно нельзя назвать мёртвыми словами. Матерный язык – очень живой, выразительный, точный. Кто был в армии, знает: из десяти слов произнесённых, например, старшиной – восемь будут матюги, но всё будет понятно и конкретно, и приказ старшины будет выполнен… Так вот, сейчас даже матерный язык умудряются омертвить. Матерная мертвечина это гнусный, интеллигентский, я бы ещё назвал – арбатский, матерок. Ну и повсеместный мат, особенно среди молодёжи, когда, видимо, вообще не понимают, что и зачем говорят – бессмысленный поток грязи. По сравнению с ним речь моего ротного старшины – образец красноречия… Я это не в защиту матерщины говорю. Мат – это конечно, зло. Но это зло очевидное. Все мы с детства знаем, что такое – хорошо, и что такое – плохо… Гораздо большее зло, по-моему, - пустословие и празднословие. Страшно, когда забалтываются сакральные, святые понятия. Забалтывается то, о чём мы всуе даже не имеем права говорить.
Вот стихотворение Александра Яшина (не ручаюсь за точность цитаты):
В несметном нашем богатстве
Слова драгоценные есть:
"Отечество", "Родина", "братство",
А есть ещё "совесть" и "честь"…
Ах, если б мы все понимали,
Что это не просто слова!
Каких бы мы бед избежали…
И это не просто слова.
Фёдор Иванович Тютчев писал:
Мысль изреченная,
Есть ложь.
Почему это? А потому, что мысль-то мы изрекаем словами, своим грешным языком. Поэтому (опять же Тютчев):
«Молчи, скрывайся и таи!»
Как же молчать? Как же борьба за язык, за слово?..
А вспомните пушкинского "Пророка":
Духовной жаждою томим,
В пустыне мрачной я влачился и т.д.
Что Серафим-то сделал?
«И вырвал грешный мой язык…»
И лишь тогда повелел:
Восстань пророк,
И виждь, и внемли,
Исполнись волею моей,
И обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей!
Не каждому дано жечь сердца словом, но грешный свой язык многоболтливый мы обязаны, если не вырвать, то хотя бы придержать за зубами. Чтобы ложь не изрекать.
Николай Васильевич Гоголь в своей "Авторской исповеди" написал: "Слово – высший подарок человеку от Бога". Давайте же дорожить этим подарком.