Гая Ричи называют гением криминальной комедии. Британский режиссер в своих фильмах делает акцент не на жестокости, а на юморе, сообщает «МИР 24». За что его и полюбили миллионы зрителей по всему миру? Какие киноприемы отличают Гая Ричи? И как их разглядеть в новом сказочном «Аладдине», который совсем не похож на предыдущие работы режиссера?
Быстрая смена кадров, перевернутое изображение, обрывочные и, наоборот, ускоренные действия. Экспрессивная операторская работа – первое, что бросается в глаза в фильмах Гая Ричи. А еще постоянные флешбэки и возвращения назад. Британский режиссер часто рассказывает две истории одновременно. Сказывается богатый опыт съемок рекламных роликов.
«В первую очередь, это именно яркая визуальная эстетика. Поскольку он начинал набивать руку в рекламных клипах, где ему нужно было очень быстро захватить внимание зрителя какими-то яркими выразительными средствами. Он все это перенес в кино. И ему очень понравилось снимать в такой яркой экспрессивной манере, где очень рваный, быстрый, клиповый монтаж, где необычные ракурсы, облеты, отъезды камеры, стоп-кадры, перемотки», – говорит кинокритик Николай Долгин.
Гай Ричи – это много, очень много Лондона. Режиссер, видимо, отдает дань своей бурной молодости, которую провел в пабах и подворотнях. Эстетику этих мрачных и бандитских мест Ричи и перенес в свои фильмы. Яркий пример – «Шерлок Холмс». Роберт Дауни-младший играет джентльмена, который бегает по рынкам за преступниками и дерется на грязных рингах, но при этом остается одним из самых обаятельных персонажей в кинематографе.
Особое место в своих фильмах Гай Ричи отводит черному юмору. В «Большом куше», к примеру, банда Сола постоянно попадает в нелепые ситуации: то они угрожают ненастоящими пистолетами, то не могут догадаться, что дверь нужно открывать не от себя, а на себя. Непредсказуемые поступки , непередаваемая игра слов, какие-то нелепые мысли и действия – все это Гай Ричи подает в крайне неожиданном и смешном ключе.
Отличается Гай Ричи и манерой что-то пояснять зрителю. В каждом фильме у него есть персонаж, который по ходу действия что-то комментирует, или мы слышим закадровый голос. В результате эффект «уличной байки» вызывает доверие к персонажам. Даже если это гангстеры или воришка, как Аладдин. Кстати, новую версию восточной сказки от Ричи публика оценила неоднозначно. Одним «Аладдин» показался абсолютно студийным массовым проектом, другие же все равно разглядели в нем характерные приемы режиссера.
«Аладдин, на самом деле, как это не смешно, абсолютно Гай Ричевский персонаж – неплохой парень, который, как персонаж Стэйтема в «Карты, деньги, два ствола» мог бы приторговывать поддельными вещами, при виде полиции он сваливает. В принципе, он живет не по закону, но при этом он неплохой человек. Там есть попытки авторского монтажа в самом начале. Особенно это видно, когда Аладдин бежит, и перемещается – сцена кадров от его лица, от первого лица, и сбоку, со спины», – отметил кинокритик Алексей Филиппов.
Критики сходятся в одном: хоть у Гая Ричи и есть свои узнаваемые фишки, все же он – натура непостоянная. Отсюда и мюзикл «Аладдин», и совсем выбивающаяся из общей картины мелодрама «Унесенные» с Мадонной. А что значит тяга к разнообразию жанров для режиссера? Что он нас еще не раз удивит.