Около года назад ко мне обратился на прием мужчина в возрасте сорока пяти-пятидесяти лет. В начале беседы вел он себя нарочито высокомерно, говорил раздраженным тоном. Я по опыту знаю, что это не от хорошей жизни люди так разговаривают. Нередко, если человек в беседе со мной старается продемонстрировать свое превосходство, разговаривать «сверху вниз», такое поведение оказывается защитной реакцией. Люди скрывают так свою неуверенность. В данном случае так и оказалось.
Ситуация, приведшая его ко мне, следующая. Он в браке около двадцати лет. Двое сыновей, один учится в средних классах школы, другой поступил в ВУЗ. Отношения с женой, по его словам, первые десять лет совместной жизни были хорошими.
Жена моложе его лет на семь. Когда они заключили брак, он был бизнесменом, а она студенткой. И первые десять лет она признавала во всем его превосходство и восхищалась его умом.
А дальше у него появились сложности с бывшими партнерами по бизнесу. Я не вникал в подробности, но так понял, что с их подачи ему стал грозить тюремный срок с конфискацией имущества. И они оформили с женой фиктивный развод, а кроме того, он переписал весь бизнес на нее. Планировалось, что изменения произойдут только на бумаге, а фактически они останутся вместе и он по-прежнему будет управлять своим бизнесом.
Они действительно остались вместе. Суд признал его невиновным. Однако когда он попросил жену вернуть ему его бизнес, она отказалась.
К этому времени она сама вошла во вкус, у нее стало получаться, бизнес продолжал приносить прибыль. Кроме того, она стала старше, увереннее в себе и уже перестала с ним во всем соглашаться.
Мотивировка у нее была такая: какая разница, кто из нас владеет бизнесом, деньгами все равно распоряжаемся вместе. Он пытался уговаривать, давить, кричать. Бесполезно.
У них разладилась интимная жизнь. Они стали ругаться практически каждый день. Постепенно в их конфликт стали вовлекаться дети, причем оба сына заняли позицию мамы. Мой пациент почувствовал себя обманутым и беспомощным.
Я пригласил их на следующую консультацию вдвоем. Во время встречи они говорили повышенным тоном, обвиняли друг друга, не желали слушать доводов другой стороны или моих. Он делал упор на ее предательстве. Она – на его раздражительности и, в связи с этим, невозможности разумно вести дело.
Мои попытки успокоить их давали эффект на несколько минут, затем все начиналось снова. Я сказал им, что для того, чтобы начать конструктивную работу, нужно снизить эмоциональный накал.
- Возможно, для достижения только этой цели понадобится несколько совместных встреч» - сказал я им.
- А, все бесполезно, - произнес он и вышел, хлопнув дверью. Вслед за ним вышла и жена.
Это была у меня последняя консультация в тот день. Садясь в машину и собираясь уезжать, я видел, как они продолжают на улице бурно выяснять отношения. Больше они не приходили и продолжения их истории я не знаю.