В тоже мгновение итак темное небо заволокли тучи. Изабелла почувствовала в себе странную перемену. Смотрись она сейчас в зеркало, она бы всю оставшуюся жизнь прожила в страхе. Лицо ее и фигура начали стремительно меняться. Увеличился рост, удлинились и стали стройнее ноги, налилась грудь. Копна непослушных рыжих вьющихся волос стала менять свет в иссиня-черный, они стали гораздо длиннее и жестче и выпрямились.Картошка-нос тоже стал прямым, а веснушчатое загорелое лицо потеряло блеск и побелело. Черты лица стали суровее, и глаза почернели, потеряв блеск бьющейся в них жизни. Самое страшное перевоплощение произошло с ее душой. Та оказалась замурована в камень, который составляло ее сердце. Другими словами, Изабелла умерла, и вместо нее родилась новая девушка. То родилась новая королева под черной вуалью.
Забыла Изабелла все, что раньше было в ее жизни. Забыла мать, тщетно искавшую ее и проливавшую о ней горькие слезы, забыла книги, прочитанные и перечитанные по много раз, забыла дождь, который остужал ее горячие руки после работы. Ни в чем больше не нуждалась Изабелла, нутро ее было пусто, как в старом поросшем мхом и плесенью замке, в который привела ее таинственная черная королева. Надела она на Изабеллу черное платье неописуемой красоты. Длинное и в то же время открытое, оно было обрамлено драгоценными камнями черного цвета и черным золотом. Обстановка в замке была богатая. Но она не производила на Изабеллу, жившую в нищете, никакого впечатления. Теперь девушка воспринимала это как должное и привычное. Как ее новая мать.
Прошло много лет, когда Изабелла, наконец, осталась одна. За это время она не раз показала, насколько холодно и бесчувственно ее сердце. Также девушка узнала тайны настоящей черной магии, которой владели все черные королевы. Когда ее наставница и ее новая мать собралась уходить, она улыбнулась в первый раз за все это время. Она улыбнулась и сказала:
- Что ж, Изабелла, теперь ты становишься настоящей черной королевой. Ты проявила себя достойно, и я не переживаю. Теперь ты, наконец, увидишь мое лицо, хотя ты могла догадаться, какое оно, когда смотрелась в зеркало. Вуаль, что я сейчас сниму, ты наденешь на себя. Снять ее можно будет только в самый последний миг, чтоб еще хоть раз почувствовать свет таким, какой он есть. Дитя мое, открой окно, я так хочу увидеть все красоту этого мира, которая была закрыта для меня под этой вуалью. Когда тебе исполниться тысяча лет, ты сможешь взять преемницу, выучить ее и уйти на покой! Знаешь, почему я не говорю слова смерть? Это страшное слово, Изабелла, все люди его бояться…. Но ты не человек, и я не человек. Ты умерла тогда, когда сказала мне «да». Я умерла, когда сказала «да» своей матери. Люди умирают по-другому. Люди умирают, когда сдаются. Ты не поймешь, даже не пытайся. Не слушай людей, они смогут тебя убить, если объединятся. Бойся, Изабелла, избегай, не дай людям прервать наш род. Я в тебя верю. А теперь, дитя мое, сними с меня эту чертову тряпку, дай увидеть свет, который я потеряла так давно. Как я скучала… свет, ты такой... теплый…
Так закончила существовать еще одна королева. Изабелла смотрела на ее лицо с равнодушием, пока не заметила под глазом матери каплю слезы.
- Что это? – но в ответ была тишина. На целую тысячу лет Изабелла осталась одна во тьме. Развлекать ее могла только магия и игра с человеческими жизнями. С чего бы начать? Первым делом Изабелла надела вуаль, и мир пред ней сразу преобразился. Все выцвело, потемнело, потеряло смысл. Но Изабелла искривила губы в злой усмешке и принялась развлекаться.
Одиночество настигло королеву только спустя семь месяцев. До этого оно ловко пряталось между колоннами прекрасного замка, но подойти близко к королеве не могло. Одиночество применяло свою магию постепенно. И с каждым днем оно становилось все сильнее и все глубже вонзало в Изабеллу свои кинжалы.