Увлечение коллекционированием спичечных этикеток хотя и было окрашено сильными эмоциями, но носило все же бескорыстный характер. Нумизматика же, мгновенно ввела меня в мир частнособственнических отношений. И без Гоши здесь конечно не обошлось.
-Ты говорил, что у тебя есть монеты? - спросил он меня, когда с этикеточной эпопеей было уже покончено.
-Да есть, недавно достал монету Карибских островов.
Карибская монета с изображением несущегося на всех парусах старинного корвета, напоминающая мне о путешествиях, пиратах и приключениях. Эта монета была моей гордостью. И я ни как не мог упустить случая ею похвастаться.
-Вынеси во двор посмотреть.
Я вынес. К моему удивлению его внимание привлекли не монета Карибов и прочая экзотика. Он больше всего интересовался монетами советского чекана. Даже теми, которые нам давали в магазине на сдачу. Довоенные медные монетки, после покупок в магазине, я тогда тоже старался оставить себе для коллекции. Ведь те из них, которые выпускались до 1935, попадались не часто.
Их легко можно было узнать, вокруг герба их украшала надпись "Пролетарии всех стран соединяйтесь". Во время реформы 1961 года многие недоумевали, от чего в обращении оставили медную мелочь. Все просто, чеканка одной копейки обходилось в тот момент стране в восемь копеек. Вот именно поэтому их и решили не изымать из обмена.
Я по привычке называю эти монетки медными, но на самом деле они изготовлялись из специального золотистого сплава, который кроме меди содержал еще алюминий и цинк. Хотя все эти подробности я узнал значительно позднее. А тогда Гоша почему то отложил несколько советских монет из тех, что были у меня и рассматривал их долго, скрупулезно, да еще и под увеличительным стеклом.
После этих странных манипуляций он недовольно хмыкнул и исчез, так ничего и не взяв. Объяснений я от него не дождался, но ему явно было известно что-то такое, о чем я вовсе не знал.
Это снова была какая-то тайна. Я стал за ним наблюдать более внимательно. Гошиному обследованию подверглись и другие собрания монет наших одноклассников, но и там он не нашел того, что искал.
Но в один из дней по его довольному виду я понял, что что-то произошло.
На уроке он несколько раз тайком доставал завернутую в бумагу монету, разворачивал ее и любовался.
На перемене я подступился к нему.
-А ну покажь…
-Что?
-Монету.
-Какую монету?
-Ту из бумажки.
Гоша понял, что я не отстану, оглянулся вокруг и чуть ли не шепотом произнес:
-Пошли во двор, там людей поменьше.
Мы вышли. Он развернул бумагу и осторожно достал монету.
Это были обычные, достаточно потертые три копейки старого выпуска.
-Ну и что? - с недоумением спросил я.
У меня самого подобных трехкопеечников было несколько штук.
-Ты посмотри на год.
-Год как год.
-А вот глянь на звезду, - Гоша протянул мне увеличительное стекло.
-Звезда, как звезда, пятиконечная.
-Она же граненая.
- Вроде как граненая, но монета потертая, плохо видно. А что же на других монетах они не граненые?
-Нет, в том году в большинстве выпускались монеты с негранеными звездочками. А еще вот здесь лишняя точка.
- Какая разница, граненая звезда или нет, да и эта точка, чистая ерунда.
-Сам ты ерунда, - обиделся Гоша, - мне за такую монету пообещали дать пять рублей!
-Это что за дурак тебе пообещал.
-Вовсе не дурак, а коллекционер.
-Да у нас тут полдвора коллекционеров и не один тебе за эту монетку даже полтинника не даст.
-Эти может и не дадут, а он даст. Его все уважают. Он старый и седой.
Я был озадачен. Если вы читали первую главу, то помните, каких невероятных усилий мне стоила попытка заработать пять рублей, продавая варенье из морошки. А тут эта же сумма получалась одним мановением руки. Но я не верил Гоше, вероятно, он что-то перепутал или не так понял. Так мы и расстались.
На следующий день было воскресенье. Я вышел во двор и увидел там Гошу. Его унылый вид меня порадовал.
-Ни чего у него не вышло, - злорадно подумал я.
Но не хотел добивать поникшего друга и с деланным сочувствием я произнес:
-Что обманул дядька?
-Какой дядька?
-Для которого ты монету искал.
-А, Иван Трофимович?
-Это, что тот коллекционер, который пять рублей тебе обещал?.
-Ага.
- Так дал он тебе пять рублей за монету?
- Нет, не дал.
Торжество переполняло меня.
-А что сказал?
-Сказал, что монетка слишком потертая.
-Вот видишь и среди старых коллекционеров бывают обманщики.
-Бывают, - согласился Гоша.
-А где монетка?
-Ему оставил.
-Зря. Можно было воды газированной с сиропом попить.
В те далекие времена даже на несколько копеек можно было что-то купить.
В ответ Гоша вздохнул. Мы помолчали. Потом Гоша разжал кулак там лежали измятые три рубля.
-Это у тебя откуда?- спросил я.
- Иван Трофимович дал.
-За что?
-За монетку.
-Как?
-Он сказал, что монетка сильно потертая и больше чем трешку он за нее не даст.
-Так чего же ты такой грустный сидишь?
-Я думал, что будет пять и уже распланировал, как их потратить. А тут всего-то трешка, вот сижу и размышляю.
По моему размышлению и три рубля за трехкопеечную монетку были не плохой ценой. Ведь монетка была продана в сто раз дороже своего номинала, а досталась Гоше она практически даром. Тут вирус одесского авантюризма с новой силой пробудился во мне, ведь я понял, что коллекционированием монет можно еще и деньги зарабатывать.
Я хлопнул друга по спине:
-Что ты сидишь. Пошли.
-Куда?
-Менять твою трешку на мелочь и смотреть не попадутся ли там дорогие монетки.
Этот процесс занял у нас весь день. Ничего приличного среди разменной монеты не нашлось, но мы напились вдоволь газированной воды с сиропом и нагулялись. А главное я нашел в дебрях советской экономической системы новые возможности для проявления своей спекулятивной жилки.
Из моей книги "Заметки маленького спекулянта".