Декабрь 1988 года... На общем угрожающем фоне союзного неблагополучия оглушительным громом взорвалась трагедия Армянского землетрясения. Казалось, сама земля, исторгнув свою неуправляемую силу, явила своё грозное предупреждение о грядущих бедах. Её гневный яростный всплеск обрушился на несчастную Армению... Спитак.... Ленинакан... Целые города похоронили под своими руинами тысячи потрясённых мирных жителей. Беспощадная стихия не пощадила никого. Огромная, ещё не подозревавшая о грядущих трагедиях страна - СССР была потрясена масштабами Катастрофы, воспринятой ею как своя личная боль...
Я узнал об этом ужасе, работая в своей мансардной мастерской на Петроградке.
По радио оглашались ужасные подробности случившейся беды, мгновенно ставшей общей. Повсюду собирались тёплые вещи, одеяла, медикаменты и продукты для отправки в Армению. Я много слышал о Ленинакане , о красоте горной природы этих мест от своей подруги-художницы, которая жила в этих местах в детстве (её отец- служил там военным прокурором). Мог ли я не отозваться на эту человеческую драму?! Моя реакция была скорой. Сколотив огромный подрамник 2 х 2 метра, я практически за день нарисовал эту большую фреску углём, выплеснув в ней то, что я тогда чувствовал... Образ кричащей обезумевшей женщины-матери, потерявшей самое дорогое, что у неё есть -своих детей, до сих пор режет мне сердце своим запечатленным полосующим криком, таким же страшным, как на картине Карла Брюллова "Последний день Помпеи"...
Судьба этой моей работы по-своему трагична. Из-за большого размера её не смог принять в дар Армянский культурный центр в Петербурге. Когда же я подарил её Институту социальной педагогики и психологии, гордо носящему имя Рауля Валленберга (спасал евреев в годы фашистской оккупации Будапешта!), бездарное руководство этого "института" не нашло моей картине, написанной моей кровью сердца, никакого подобающего места, кроме как поместить её на "хранение" в сырой, захламлённый, грязный гараж, где она практически погибла, разделив горькую участь тех несчастных людей, которых я изобразил ...
Вот так в "культурной" столице чиновники и бюрократы всех мастей относятся к культурному наследию, к бесценным свидетельствам нашей истории.
Из книги отзывов на выставках Игоря Сафронова.
Огромное Вам спасибо за выставку! Поражает глубина, с которой Вы передаете боль, муки всего мира. Многие картины заставляют содрогаться. Ещё раз спасибо. Студентка.
Спасибо Вам тысячу раз! Слова бессильны выразить все, что родилось в душе...по-моему именно таким должен быть настоящий Художник. Если подступит отчаяние, помните, Вы очень нужны людям! Именно так сейчас нужно жить! Спасибо Вам. Желаю Вам остаться таким на долгие годы, сохранить Веру и Душу, пусть не сломает Вас наша жизнь...
Юлия Титова. 31.03.90 г.
Люди! Перестаньте убивать ближних, ибо убиваете себя! Какая сила в этом реквиеме Протеста!
Солодов, ленинградец с 1932 г. 13.04.90г. Страстная неделя.
Игорь! Спасибо Вам, что Вы написали то, что в душах наших! Как выйти из этого Ада?! Ещё раз спасибо!
Кулешова. 14.04.90г.
Уважаемый Игорь!
Ваши работы оставили глубокий след в душе. Я не встречал ещё художника, который так полно и емко выразил все страдания русского народа (и не только) за всю его историю. Они (картины) вполне достойны своего музея, в котором наши соотечественники проходили бы духовное очищение и по-новому начинали смотреть на мир!
С. Воронцовский, студент ЛМУ при Консерватории, композитор.
30.03.90 г.
Спасибо за Ваши лайки и подписывайтесь на мой авторский канал.