В больнице мне исполнилось 30 лет. Сережка, узнав про юбилей, сбегал и купил букет роз. Однако пронести в палату его не разрешили. Врач был возмущен нарушением режима, ибо физические нагрузки в период лечения сердечникам крайне противопоказаны. Не важно, что это всего лишь прогулка до ближайшего цветочного магазина. Нельзя и точка. Букет же в палату проносить запрещено во избежание аллергических реакций и этот приговор обжалованию не подлежит.
Словом мои розы еще долго украшали стол в справочной, так как это оказалось единственное место, где не водились аллергики. Мы попили чай с тортиком, поели фруктов и клубники (которые опять-таки нарушая режим, купил Лешка), чокнулись компотом, таким образом, отметив круглую дату, а через несколько дней меня выписали. Последние дни на пляж не ходили. Погода испортилась. Дул северный ветер, стало прохладно. В тихий час мы с Сережкой, накинув кофты, гуляли в больничном дворике. Прячась по углам целовались, в открытую было стыдно, вокруг бродило слишком много людей. Парень описывал свои планы на наше с ним совместное будущее. Говорил, что он вот-вот получит квартиру, что мы поженимся, он удочерит Машеньку, мечтал, что у нас будут и совместные дети: мальчик и девочка. И это план минимум, в идеале детей должно быть не менее пяти. Я слушала, улыбалась, поддакивала и … не верила ни одному его слову. Даже не то чтобы не верила. Я вообще даже не надеялась, что все может быть хорошо. В голове жила тоскливая убежденность, что семейное счастье – это не для меня, что я притягиваю к себе только моральных уродов (а может быть и делаю таковыми нормальных людей), и если Сергей в меня влюбился, значит с ним что-то не так. Да, честно говоря, и в искренние чувства я не верила. Мне казалось, что все, что он говорит если и не ложь, то вызвано временным всплеском страсти и очень быстро пройдет. А себе любить я вообще запретила и наблюдала за происходящим, словно со стороны: холодно, отстраненно и даже без особого любопытства. Казалось то, что было на пляже, было не со мной. Слишком уж я жесткая, правильная и холодная, чтобы делать такие откровенные глупости.
В день выписки Сережка пытался поехать со мной на вокзал, но наш разговор услышал врач и жестко велел ему вернуться в палату. Парень все же проводил меня до остановки, посадил в трамвай, пообещал звонить каждый день и вернулся в больницу. А я поехала домой. Я очень соскучилась по Машеньке и маме, и в тоже время мне совсем не хотелось возвращаться в серую действительность. Мне казалось, что там дома стоячее болото, грязное, холодное, с мерзкими зелеными жителями. Хотелось плакать, сесть на землю и как злобная волчица выть от внутреннего голода, тоски и ненависти к себе самой.
Между тем дома меня ждали измученная мама и маленькая дочка. Уж они-то точно были не виноваты в том, что я так глупо построила свою жизнь и наделала столько ошибок. Словом, нескольких часов в автобусе мне хватило, чтобы полностью взять себя в руки, выкинуть из головы несбыточные мечты и настроиться на то, что нужно находить радости в окружающей действительности, что жестоко по отношению к родным позволить себе раскисать, бесконечно пережевывать прошлое и тосковать о несбыточном.
Все мои статьи вы можете прочитать на моем канале: Мемуары "серой мышки".
Друзья, если вам интересны мои воспоминания, ставьте лайки и подписывайтесь. Я буду знать, стоит ли мне продолжать писать.