Надежда скромно жила со своим братом Петром Ивановичем в малогабаритной «двушке». Жена давно умерла, а с единственной дочерью Людмилой он не общался. Зимой простудился и уже полгода сильно болел. В конце мая Петр Иванович умер. Осенью Надежда подала заявление нотариусу о принятии наследства и в начале декабря 2016 года получила свидетельство о праве на наследство по закону, которое состояло из квартиры, земельного участка и небольшого денежного вклада.
Прошел год. От дальних родственников дочь Петра Ивановича узнала о кончине отца и обратилась в суд. Ей важно было восстановить срок для принятия наследства и «отбить» квартиру и дачу у тетки. В иске она должна была указать, почему пропустила срок. Сослалась на то, что с Петром Ивановичем не могла общаться из-за его сложного характера.
Суд иск не удовлетворил. Дочь подала апелляционную жалобу и решение суда первой инстанции было отменено. Ей можно было бы праздновать победу, но Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила апелляционное определение, оставив в силе решение суда первой инстанции.
В чем же дело? Судебная коллегия указала следующее:
1. Для приобретения наследства наследник должен его принять (п. 1 ст. 1152 ГК РФ)
2. Наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства (п. 1 ст. 1154 ГК РФ).
3. По заявлению наследника, пропустившего срок, суд может восстановить его (п. 1 ст. 1155 ГК РФ), если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам.
Вот как раз оснований для восстановления срока у дочери и не имелось, поскольку она не смогла привести обстоятельств уважительности причин пропуска такого срока.
К числу таких причин следует относить: тяжелую болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (ст. 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п. (подп. "а" п. 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании").
Людмила стала обвинять тетку в том, что та намеренно не сообщила ей о смерти Петра Ивановича, а тем более незаконно скрыла от нотариуса, что у Петра Ивановича есть еще и дочь, получив в собственность и квартиру, и участок.
Но Судебной коллегией было разъяснено, что действующее законодательство не возлагает на наследника обязанности сообщать нотариусу сведения о других наследниках наследодателя.
Надежда в результате, ухаживающая за своим братом, осталась единственной наследницей Петра Ивановича, а его дочь осталась ни с чем.