Скажем прямо: советское кино не баловало зрителей красивым неглиже. Отчасти это объяснялось соцреализмом — он отражал историческую правду. В СССР эстетичное бельё практически не производили, импортные комплекты были редкостью, а демонстрировать невзрачное советское режиссёры не хотели. С другой стороны, нижнее бельё всегда ассоциировалось с эротикой, а поскольку открытой сексуальности на экранах не допускалось, то и показ исподнего становился излишним.
В результате в советском кинематографе сложился своеобразный набор штампов. Юных героинь часто показывали топлесс, но исключительно со спины — так кадр получался и эстетичным, и целомудренным. Этот приём использовали в «Завтра была война» (Зина в исполнении Натальи Негоды), «Здравствуй, это я» (героиня молодой Маргариты Тереховой) и «Москва слезам не верит» (дочь главной героини Александра).
Если же требовалось намекнуть на интимные отношения, женщину чаще всего облачали в комбинацию. Тот же фильм «Москва слезам не верит»: Катя в гостях у любовника сидит на тахте в синтетическом кружевном белье. Кстати, это исторически достоверно — женщины 1970-80-х действительно считали комбинацию обязательным элементом гардероба.
Создавалось впечатление, что кинематографисты заключили негласный договор: ни при каких обстоятельствах не показывать бюстгальтер и трусики. Даже в откровенных сценах под платьем героини внезапно оказывался... купальник. Яркие примеры — «Операция "Ы" и другие приключения Шурика» (Люда) и «Бриллиантовая рука» (Анна Сергеевна). Если студентку в купальнике ещё можно понять (возможно, она собиралась на пляж), то зачем профессиональная соблазнительница (Светлана Светличная) под халатом носит бикини — загадка. По сохранившимся фотопробам видно, что изначально её персонажа и вовсе хотели одеть в сплошной купальник.
Казалось бы, исторические фильмы давали простор для демонстрации изысканного белья — корсетов, кружевных панталон, чулок. Но нет! Режиссёры охотнее показывали обнажённую грудь, чем нижнее бельё. В «Формуле любви» героиня Елены Валюшкиной предстаёт то полностью обнажённой (в образе нимфы), то в платье без намёка на корсет. В «Гардемаринах» Анастасия мелькает с голой спиной, в ночной сорочке, пеньюаре — но ни разу в корсете.
Примечательное исключение — советская экранизация «Хождения по мукам». Здесь бельё показано детально: Даша готовится ко сну в короткой корсетной кофточке и нижней юбке, а Катя появляется и в пеньюаре, и — о чудо! — в корсете. Видимо, отказаться от этого элемента костюма было нельзя: в романе Толстого старшая сестра специально обсуждает с младшей преимущества новой модели корсета.
Парадоксально, но в СССР о нижнем белье чаще можно было прочесть в книгах, чем увидеть его в кино. Этот диссонанс между литературной свободой и кинематографическими табу стал характерной приметой эпохи.
Впервые бюстгальтер появляется на советском экране в фильме «Где находится нофелет?» (1987). Хотя картина вышла в 1987 году, она совершенно не вписывается в «чернушную» перестроечную волну. Это, пожалуй, последний наивный фильм СССР. Примечательно, что бюстгальтеры здесь демонстрируются не в интимной, а в рабочей обстановке: сотрудницы НИИ примеряют вещи, принесённые цыганкой-спекулянтшей. В этом же фильме герой Александра Абдулова демонстрирует модное мужское бельё — белые облегающие шорты с красной полосой.
Первое появление полного комплекта нижнего белья в советском кино действительно произошло в фильме «Интердевочка» (1989). Логично, что его демонстрирует валютная проститутка — героиня нового времени. Это полупрозрачный светлый комплект, напоминающий образы западных актрис: Катрин Денёв в «Дневной красавице» или Софи Лорен в «Брак по-итальянски» и «Вчера, сегодня, завтра».
Примечательно, что современный российский кинематограф, несмотря на полное отсутствие запретов как на демонстрацию белья, так и на откровенные сцены, так и не создал по-настоящему знаковых сцен с нижним бельём, которые запомнились бы зрителям на десятилетия. Возможно, абсолютная свобода творчества не всегда способствует креативу. А возможно, мы просто недостаточно внимательно смотрели.