Этим летом в Москве вновь начались Летние балетные сезоны. Несколько театров представили знаменитые спектакли, среди которых и «Ромео и Джульетта» на музыку Сергея Сергеевича Прокофьева. Балет давали в Российском академическом молодежном театре, что расположен в самом центре столицы, можно сказать, под крылом у Большого.
Та самая традиционная атмосфера: женщины с программками, девушки, поправляющие прически у зеркал… После третьего звонка зрители заняли свои места в зале, и повисла тишина ожидания. Зазвучала увертюра, предсказывающая трагический конец самой печальной повести на свете.
Вступление к балету началось с монотонных одиночных звуков литавр, и тут произошло нечто, окунувшее меня в жестокость реалий современности: часть публики пришла на балет явно неподготовленной, а лишь, поддавшись модному веянию. Пока играла увертюра, по залу то и дело разносились смешки и нелестные комментарии, откровенно мешающие сосредоточится на происходящем. Через некоторое время мы услышали красочные переливы основной части вступления.
Открылся занавес — и перед нами впечатляющие декорации Вероны. Мы тут же знакомимся с герцогом и главами кланов Монтекки и Капулетти и видим очередную безуспешную попытку примирить две враждующие семьи. Зрители наблюдают поединок двух отцов, затем нам, посредством танцевальных па, представляют главных героев – Ромео в исполнении Ивана Негробова и Джульетту – Юлию Непомнящую, а также других действующих лиц.
Красота костюмов и точность фуэте и батманов погружают в действо. Но у некоторой части публики, увы, вызывал истинный интерес лишь фрагмент с популярной мелодией из рекламы (эпизод с маскарадом). Зрители не понимали сложности исполняемых элементов и не аплодировали там, где это принято. Публика откровенно пропустила жест – признание в вечной любви — и тому подобные изыски.
Но балет – это не просто танец, а способ рассказать историю при помощи языка тела. Здесь каждое движение пропитано смыслом. Актерская игра труппы была на высоте, но, чтобы ее понять, необходимо всматриваться даже в самые незаметные жесты — именно поэтому в театре часто берут бинокли, а не только для того для того, чтобы разглядеть костюмы. Увы, ползала было похоже на героиню из фильма «Красотка» в эпизоде о походе в оперу.
Однако вернемся к балету. От сцен дуэлей Маурицио и Тибальта и Тибальта и Ромео было невозможно оторвать глаз и, несмотря на то, что сюжет знаешь наизусть, все равно переживаешь за героев.
Во время сцены смерти главных героев хотелось плакать, так великолепно были сыграны эти эпизоды, а моменты с появлением кормилицы иногда вызывали умилительную улыбку. На поклонах, одной из торжественных частей спектакля, зрители аплодировали стоя, покоренные талантом танцоров. Единственный момент в представлении, вызвавший легкое недоумение, – внешний вид дирижёра, вышедшего на сцену не во фраке, как это принято, а в каком-то растянутом свитере.
Очень хотелось бы, чтобы традиции классического балета сохранялись не только на сцене артистами, но и в зрительном зале. Спасибо Национальному классическому балету за доставленное эстетическое удовольствие.
Мария Денисова специально для MUSECUBE
Фотографии предоставлены организатором