Могла ли я знать в тот момент, когда выходила из салона красоты, вытирая льющиеся слезы перепачканными косметикой руками, что моя провальная попытка трудоустройства позже окажется «к лучшему», потому что через несколько шагов, как только я поверну за угол вон того желтого дома, зазвонит телефон, и мой бывший одноклассник убедит меня шагнуть в неизвестность, - пойти к нему помощницей, на мизерную зарплату с «притянутым за уши» функционалом, а уже через полгода я буду возглавлять один из департаментов в крупной международной компании?
В тот момент мне казалось, что я в тупике. В салоны дорога была заказана. Скорее всего, если не взяли сюда с такими весомыми рекомендациями, то в любом другом месте и подавно не возьмут. Кому нужен специалист, у которого, как только что выразилась директриса, «мозг наполовину озабочен, как там ее ребенок».
И что дальше? Где искать? Куда бежать? В арсенале - нежизнеспособный диплом юриста, который не имеет никакого веса без опыта, и три года «отсидки» в отпуске по уходу за ребенком, сводящим «на нет» все, что когда-либо знала и умела.
Друзья и подруги, которые могли бы помочь с поиском работы, рассосались по своим жизням еще пару лет назад, сразу после того, как рассосался муж. Три года прошли в глубокой изоляции. Спасением была сначала учеба в школе-студии, а потом работа на показах и в салонах выездным визажистом. Все получалось, и вот уже один из престижных салонов города салон предложил стать их штатным мастером. Мне было спокойно, ведь работа была практически гарантирована. Я была одной из лучших в знаменитой студии, работавшей на всех модных показах Питера.
Так было всегда: что бы я ни делала, была лучшей, в первых рядах, в солистках, в медалистках, на самом верху пьедестала. Меня не могли не взять… «Надо было сказать, что у меня муж и куча бабушек. Кто меня за язык дернул признаться, что я мать-одиночка!» Я уже не сопротивлялась слезам и рыдала открыто, не взирая на обращающих внимание прохожих…
- Алло, - я сняла трубку со второго гудка и постаралась взять в себя в руки. – Привет. Я? Ничего не делаю. Нормальный голос. – и тут я начала жаловаться на несправедливую жизнь Юрке, с которым сидела два года за одной партой в десятом и одиннадцатом. - Увидеться? Прямо сейчас? А что за срочность? Ну ладно, раз дело. Давай через час у меня.
На следующий день Юрка отвел меня за руку в отдел кадров и меня приняли на работу помощницей начальника службы безопасности международной игровой компании, на неполный рабочий день с окладом, большая часть которого могла покрыть лишь коммунальные платежи. Вариантов не было, и я решила сказать жизни «да». Меня в тот момент успокаивала мысль, что такая работа даст мне возможность забирать из сада трехлетнего сынишку, как положено в период адаптации в саду, - сразу после обеда. Пока он как раз привыкнет, пройдет месяц-другой, а там видно будет, что делать дальше. Юра же все время твердил, что главное зацепиться, а возможности всегда найдутся.
Так и случилось. Прошло пять месяцев активной работы, сначала Юркиной помощницей, а через два месяца – аналитиком этой же службы, когда в компании случилось ЧП, и собственники в одну неделю уволили за воровство большой партии игрового оборудования основной состав топ-менеджеров, включая генерального директора. «Живыми» остались лишь служба безопасности, которая занималась розыском похищенных автоматов, и финансовый директор, который участвовал в разоблачении сделки, заключенной за спиной акционеров. Компания была в состоянии стремительного роста, амбиции огромные, и назначать на ключевые должности нужно было быстро и «из своих», проверенных.
Тут и наступил для меня тот самый один шанс на миллион, который бывает по мнению многих, а главное – по мнению моего Юрки, только один раз в жизни. Именно Юрка, как герой, спасший деньги собственников, предложил своего соратника, финансового директора, назначить на пост генерального, а меня – на пост зама по персоналу. В мою пользу сыграли и два моих образования, и опыт работы в зале игровых автоматов во времена студенчества, и мое бурное пионерское прошлое с золотой медалью в обнимку, о чем Юра не уставал рассказывать на каждом шагу и всему офисному миру.
Со мной по телефону на ломанном русском поговорил управляющий партнер из Израиля, и все акционеры в этот же день утвердили мою кандидатуру в новой должности, быстро и просто. Я даже «мяу» не успела сказать.
А накануне, когда уже было за полночь на моем пороге нарисовался Юра со своими ребятами:
- В общем, завтра тебе сделают предложение, - важно заявил он, отхлебывая горячий чай. Все парни расположились на кухне, чтобы не разбудить ребенка, и я, как гостеприимная хозяйка поила всех чаем. – Твоя кандидатура подходила под три варианта. Например, начальник юридического отдела, у тебя ж юридический диплом. Начальник отдела пиара и рекламы тоже можно, но там есть же сейчас человек, поэтому это не быстро. – Юра мне все больше казался похожим на Понтия Пилата. Я чувствовала, как мои волосы начали подниматься на затылке. – Ну и заместителя генерального директора по персоналу. Я думаю, вот это тебе больше всего подходит. И психологическое твое образование в тему, и опыт руководства в школе… Ну ты понимаешь… И потом. Это же ключевая позиция, в нашем бизнесе люди – главный ресурс. Ну, думай сама, конечно.
Какое думай? Я пошевелиться не могла от ужаса. Мне казалось, что на меня катится огромный снежный ком, и меня сейчас раздавит. Ноги подкашивались, а слова куда-то все растерялись. А тут еще эти архаровцы с ним, - смотрят всегда так, словно ты априори виноват в чем-то, - надо марку держать, хоть и свои вроде, коллеги по отделу.
- Юр, я не знаю…Неожиданно как-то… Я не смогу! Это ж такая должность! Я никогда этим не занималась. Я к тому же не люблю все это: кадровый учет, собеседования. Я их в жизни не проводила…
- У тебя есть варианты? – оборвал мое блеянье Юра. – Ты понимаешь, что это для тебя возможность освоить конкретную профессию? Не дрефь, ты ж отличница боевой и строевой! Ты кем у нас в школе была? Председателем всей школьной дружины. Вот вспоминай и делай все то же самое. В конце концов, не нравится персонал, потом «Зам генерального» оставишь и будешь рулить чем угодно. А что касается «не умею», так у тебя два специалиста в подчинении.
Юра сложил пустой бокал из-под чая в раковину, взял свой кожаный портфель и направился к выходу, давая всем понять, что разговор окончен. Его преданные парни вышли за ним. И вся честная компания уехала с моего счастливого тринадцатого этажа. А я осталась стоять еще какое-то время, не веря до конца, что все это происходит наяву. Хорошо Юрке, он явно чувствует себя хозяином положения! Я же, ой, как далека была от этого состояния.
Начались мои трудовые будни в новой должности. Две девушки, которые приняли мое назначение молчаливо-наблюдательно, какое-то время общались со мной более чем официально, явно давая понять, что они меня как руководителя не воспринимают. Меня же вполне устраивала эта дистанция, которая позволяла мне не обнаруживать свою некомпетентность в некоторых вопросах. Я ограничивалась скупыми поручениями, рассчитывая, что они прекрасно знают, что им нужно каждый день делать.
Я намерена была использовать время, пока все оглядываются по сторонам, для интенсивного самообучения. Все книги по управлению персоналом, которые были в «Доме книги» на Невском, переселились в мой кабинет. Я изучала пресловутую матчасть каждую свободную минуту: дома, уложив сына спать, в транспорте, на работе, закрывшись в кабинете. За мной постоянно пристально наблюдал весь офис. На совещаниях никого так внимательно не слушали, как меня. Мои сотрудницы заводили со мной всяческие обсуждения текущих проблем и замолкали, переглядываясь между собой и наблюдая, как я шла по минному полю в поисках грамотного управленческого решения.
Очень быстро я поняла, что по большому счету, все, что мне нужно, это овладеть профессиональной терминологией, чтобы разговаривать с подчиненными на одном языке, а коллегам не дать возможности меня упрекнуть в самозванстве. Все, о чем я читала в учебниках, было мне понятно и знакомо. Юра был прав, активное пионерское прошлое очень мне пригодилось. Я прикладывала теорию к своему жизненному опыту, и моя уверенность крепла день ото дня в том, что я оказалась на своем месте и этот предмет мне точно по силам. И уже очень скоро я не дала своим коллегам ни разу застать меня врасплох.
Тем не менее задачи, которые поставили собственники перед моим отделом, были не самыми простыми. План развития компании был более чем грандиозный, - за год предстояло увеличиться в два раза, что означало открыть в городе еще шестнадцать залов. А это значит нужно было найти, отобрать и обучить персонал. Да еще вырастить внутри директоров, потому что первым моим решением на посту руководителя было не брать со стороны управляющих. Эта была единственно возможная «морковка» в этом бизнесе, которой можно было оперировать, чтобы создавать работоспособную команду, а не мальчиков и девочек, пришедших подзаработать на «чаевых» и через полгода свалить.
Мне предстояло в короткий срок кардинально изменить подход к работе с персоналом: внедрить автоматизированный учет, создать корпоративный учебный центр, найти сильных топов на все те должности, которые оголились в компании после ухода всей предыдущей команды, предпринять меры по снижению бешеной текучки и придумать, как бороться с нерадивыми сотрудниками. Собственники долго не церемонились и поставили мне условие: если в течение двух месяцев не будет решены все эти вопросы, весь мой отдел будет уволен с волчьим билетом. Тут уже было не до косых переглядываний, и мы дружно включились работу.
Пока Маша и Дина налегали на подбор и настраивание учета, я занялась учебным центром. Мне хотелось попасть в тусовку маститых профессионалов, и я убедила руководство отправить меня на двухдневную конференцию в Москву, посвященную организации корпоративных университетов. О, я взяла от этого мероприятия все, что только можно было взять: все до единого выступления были законспектированы, во время перерывов я перемещалась между группами коллег, бурно обсуждавших насущные рабочие вопросы, желая впитать как можно больше чужого опыта. Ко мне подходили знакомиться персональщики разных мастей и пород, и тот факт, что они меня принимали за «свою» буквально окрылял. В итоге через два дня я вернулась, пройдя обряд посвящения в профессиональное сообщество и имея подробный план создания учебного центра.
За два года очень плодотворной работы ни один сотрудник из тех, кто знал, как меня назначили, не мог сказать, что я не разбираюсь в предмете. А ни один из вновь пришедших не мог бы догадаться, что я на эту позицию пришла самозванкой.
Я поняла, что я победила и имею право на эту должность, когда через четыре месяца после моего назначения я отмечала свое тридцатилетие. Этот день до сих пор остается рекордным по количеству подаренных цветов. С утра в мой кабинет тянулись гонцы с букетами от ребят с объектов. Следом стали по очереди заглядывать руководители отделов и управляющие залов. Один директор зала даже прислал курьера, поскольку сам был на больничном. Девочки мои накрыли чудесный стол и приготовили поздравление в стихах. Я чувствовала себя как в сказке! Ведь за каждым поздравлением стояло искреннее отношение и долгожданное признание. Когда этот волшебный день подошел к концу, пришлось выделить автомобиль, чтобы меня отвезти домой: багажник и задние сидения были завалены моими букетами.
Я в профессии уже почти пятнадцать лет, и давно консультирую людей, обращающихся за помощью в трудоустройстве и выстраивании карьеры. Часто я рассказываю эту свою историю, чтобы наглядно показать, что в жизни бывает по-разному. И не всегда и не у всех получается встать однажды на эскалатор и планомерно подняться на нем наверх. Карьера может случиться стремительно, нужно только в тот момент, когда подворачивается такой вот шанс на миллион, ухватиться за него, довериться человеку, который может оказаться проводником и поверить, что дорогу осилит идущий.