В детстве мама мне не разрешала зимой ходить без шапки. Она пугала меня менингитом, стрельбой в ушах и слабоумием. Жаль, что в то время я ничего не знала о путешествии Глеба Травина. Оказывается, даже на далеком крайнем севере можно существовать без шапки (Травин утверждал, что обходился без нее на протяжении всего похода). Тут маме нечем было бы крыть.
Если серьезно, это не укладывается в голове: человек без шапки, без какой-либо амуниции, на простом железном велике прошел вдоль всей границы СССР. Самым сложным был, конечно, северный участок, от Мурманска до Дальнего Востока.
«Решил доказать, на что способен человеческий организм, какие огромные физические, психические и моральные ресурсы заложены в нем для дел, казалось бы, непосильных, - писал журнал «Кругозор» в июльском номере 1972 года. – Вспомните: поход "Челюскинцев", перелет Чкалова через Северный полюс, дрейф Папанина – все это было еще впереди. И Глеб не мог рассчитывать на радиосвязь, у него просто не было рации».
« Кругозор» - тот самый журнал, к которому прикладывались тонкие голубые пластиночки, которые можно было открепить и послушать на любом проигрывателе. К статье о Глебе Травине тоже прилагалась аудиозапись с его живым голосом. Найти ее мне в сети не удалось, но голос Травина услышать все же можно, например, в таком варианте:
Подробно о его путешествии можно прочесть в книге Александра Харитановского «Человек с железным оленем» и в очерке Вивиана Итина «Земля стала своей». В двух словах это не пересказать, я лишь попробовала собрать в одном нарративе самые впечатляющие моменты. Например, как Травин охотился на белых медведей, как выбирался из ледяной полыньи и как сам ампутировал себе обмороженные пальцы, чтобы избежать гангрены…
Велосипед, походные вещи, документы и фотоматериалы Травина хранятся в Псковском музее-заповеднике, на его родине. Каждый год в Пскове проходит региональный Открытый Кубок по велоспорту, посвященный ему. На мысе Дежнева ему установлен памятный знак. В мире есть несколько клубов путешественников, носящих его имя.
Кто-то считает его поход подвигом, а кто-то безумством. Каждый волен судить по-своему, и в обеих этих позициях есть здравое зерно. С одной стороны, никакого исторического и научного значения путешествие Травина не имело – он не внес новых данных, и его этнографические наблюдения, как пишет Вивиан Итин в своем очерке, не были оригинальны. При этом риск погибнуть был не просто огромен – то, что он вернулся живым, можно считать величайшим чудом. Но с другой стороны, это была его жизнь, и он распорядился ею так, как считал нужным. Доказал себе и всему миру, что чудеса случаются, если верить в себя и в свои силы.
Впрочем, повторять его маршрут все же категорически не рекомендуется. Уж лучше пуститься в кругосветку на мотоцикле (подробно о таких кругосветках я недавно писала здесь).
Анастасия Петрова