Главной целью Гитлера была Москва. «Я разрушу этот город до основания на его месте искусственное озеро, которое будет давать воду электростанции. Название «Москва» исчезнет навсегда», - такая была идея фюрера. По этой идее Москву надо было взять с ходу. И все надеялись, что фельдмаршала фон Бока до солдата, что они вскоре начнут маршировать по улицам русской столицы.
2 октября Гитлер объявил о завершающей стадии «Барбаросса»: «Сегодня начинается последняя великая и решающаяся битва войны… мы создали предпосылки для финального сокрушительного удара, который до начала зимы приведет к крушению врага». Предпосылки действительно были: Киев, Минск, Смоленск, катастрофа Юго-западного фронта на Украине, блокада Ленинграда, окружение восьми армий в районе Вязьми и Брянска. Гитлер заявил оцепеневшей толпе в берлинском «Sportpalast»: «Грандиозных размеров операция «Тайфун» приведет к сокрушению врага на Востоке. Противник уже отступает, и он никогда не восстановит свою силу». На что надеялся Гитлер? На мощь своих сил и веру победу.
На стороне немцев продолжали господствовать стратегическая инициатива и маневренные возможность войск, которые в условиях превосходства сил на главных направлениях наступления создавали противнику серьезные преимущества. Это был апофеоз германской битвы летом 1941 года. Благодаря этим причинам, немцам удалось на центральном направлении окружить наши войска в короткие сроки в районе Вязьма (37 дивизий, девять танковых бригад, 31 артполков РКГ, четыре полевых управлений армий – 19-е, 20-е, 25-е, 32 -е) и в районе Брянска (27 дивизий, две танковые бригады, десять артполков РГК и три управления полевых армий – 50-е, 3-е и 13-е). 3 октября пал Орел, 5 октября – Киров, Жиэдра…
Сражение за Вязьму
Оно фактически произошло в течение двух недель (со 2 по 13 октября). По оценке И. Конева (Западный фронт), «В окружении под Вязьмой наши войска своим упорным сопротивлением задержали на 8-9 дней вражеские ударные группировки и обеспечили время для ведения необходимых мероприятий по дополнительному усилению оборону московского направления». Так было, но какой ценой?
По другому оценивает сражение за Вязьму командующий группы армий «Центр» фельдмаршал фон Бок: «В этом сражении были разгромлены основные силы Западного и Резервного фронтов, открыв дорогу на Москву».
По оценке военных историков, за первые две недели «Тайфуна» (боев под Москвой) Красная Армия лишилась до одного миллиона человек, из которых было взято в плен (по немецким данным) около 663 тысячи бойцов и командиров.
Почему так произошло, что миллионная группировка Красной Армии была ликвидирована всего за две недели? К сожалению, разумного ответа нет на этот вопрос. На мой взгляд, такое масштабное поражение обусловлено следующими ошибками (причинами): невысокое морально- нравственное состояние войск, обусловленное тяжелым предыдущим Смоленским сражением (Вяземский пролог); отсутствие четкого оборонительного замысла у Ставки и командующих войсками фронтов, в частности, неудачное расположение армий Резервного фронта, так как основные его силы находились в первом эшелоне на флангах Западного фронта, а другие силы – в ближайшем тылу последнего. Такое построение затрудняло организацию построение между фронтами, усложняло управление войсками Резервного фронта и сковывало возможный маневр Западного фронта. Все это привело к тому, что на второй день операции «Тайфун» - пять из шести армий Резервного фронта, не успев изготовиться для контрудара, оказались скованы наступающим противником. В целом, Резервный фронт как стратегический резерв и контрударная группировка Ставки своей роли в обороне Москвы не сыграл.
К числу других недостатков относятся: отсутствие времени для подготовки обороны (задача на оборону была поставлена 27 сентября, а утром 30 сентября началась немецкая операция «Тайфун»); не было в тот период у И. Конева, А. Еременко и у С. Буденного умения предвидеть ход событий, противодействовать их неблагоприятному развитию, не поощряли они этих качеств у подчиненных; плохое управление войсками.
Например, 27 сентября командующему Коневу на утверждение был представлен план обороны 16-й армии. В нем генерал К.К. Рокоссовский предусматривал мероприятия, обеспечивающие решительный отпор противнику. В то же время имелся вариант на случай, если, несмотря на все наши усилия, противнику все же удастся прорвать оборону. В нем К. Рокоссовский предусматривал вариант действий своих соединений в случае вынужденного отхода. Командующий Конев не мог допустить даже и в мыслях ведения обороны с возможным отходом действий вверенных ему войск. (К. Рокоссовский «Солдатский долг». М. 1968 г., с. 49).
Между прочим, действия И. Конева критически оценивал Г.К. Жуков за ошибки и просчеты в битве за Москву в начале октября.
По оценке Г. Жукова, «Конев под Вязьмой фронт открыл. Шестьсот тысяч тогда попало к немцам. Шестьсот тысяч человек по его вине… Он немцам на Москву путь открыл. Все было оголено. Вы не представляете, что было. Оголено было вплоть до Москвы». Немецкие танки устремились к Москве.
В начале «черного октября», когда началась Московская битва («Тайфун») гитлеровцы, владея преимуществом, разорвали наш фронт. В нем образовывалась брешь почти в 500 километров и путь на столицу был открыт.
Этот период очень слабо освящен в отечественной исторической литературе. Ведь Западный, Резервный и Брянский фронты как оперативно-стратегические объединения фактически перестали существовать. Образовавшуюся брешь в 500 км закрыть было нечем. Резервов в районе Москвы Ставка не имела. Все они после катастрофы под Киевом (Юго-Западный фронт) были использованы на киевском направлении. «Сердце России» было открыто.
Некоторые историки считают, что тогда якобы только «чудо Господне», о том, что Москву, дескать, спасла чудотворная икона, которую будто бы обнесли вокруг города на самолете. Аргументы, конечно, «серьезные», но не для истории.
По оценке Председателя исполкома Моссовета В.П. Пронина и командующего ВВС МВО Н.А Сбытова, дни 5-10 октября, когда наши летчики обнаружили прорыв танковых частей противника на Юхнов и Малоярославец, были самыми опасными в боях за Москву. Танковые колонны немцев двигались также на Можайск, Гжатск, Мценск, Тулу.
В той отчаянной обстановке, когда судьба Москвы висела на волоске, только благодаря мужеству и крови советских воинов, неимоверными усилиями партии коммунистов и железной воли Верховного Главнокомандующего Сталина был возрожден новый стратегический фронт обороны на Можайском рубеже – выдающееся достижение в мировой истории военного искусства.
10 октября Командующим Западным фронтом, объединенным с Резервным, был назначен Г.К. Жуков.
17 октября был создан Калининский фронт (И. Конев).
По приказу И. Сталина под Москву спешно перебрасывались несколько соединений с Северо-Западного и Юго-Западного направлений, вновь сформированные дивизии из Западной Сибири и Казахстана, дивизии народного ополчения, строились оборонительные рубежи. В конце октября фронт обороны более или менее стабилизировался, была создана сплошная линия обороны. Однако обстановка для Москвы становилась устрашающей. Наступающие 2000 танков рвались к столице.
10 октября немецкие войска вышли к Можайской линии обороны.
12 октября гитлеровцы захватили Калугу, 14 октября – Тверь. На юхновском направлении колонны немецких танков катили к Москве без сопротивления. Условия для работы в столице стали угрожающими.
15 октября 1941 г. принимается «Постановление Государственного Комитета Обороны об Эвакуации столицы СССР г. Москвы».
Во время боя за Калугу Сталин просил Шапошникова: «Мобилизуйте все, что можете, но врага нужно остановить на 5-7 дней, пока мы не задействуем резервы Ставки». На чрезвычайном совещании ГКО «Можайская линия» была призвана главной оборонительной линией Москвы. Сюда направлялись все силы и средства и, где удалось задержать наступление врага почти на месяц. 19 октября в Москве было введено осадное положение до начала декабря.
Таким образом, несмотря на значительные первоначальные успехи, германским войскам так и не удалось выполнить своей главной задачи – взять Москву. Но это не означало отмену наступления. В «Волчьем логове» рассуждали по-другому: «у других дела ещё хуже, поэтому надо готовить новое наступление. «Тайфун» продолжается. Победит тот, у кого крепче воля».
То, что произошло в те октябрьские дни 41-го на боевых полях под Москвой трудно описать, даже осмыслить невозможно. Весь мир затаил дыхание и ждал… Многим на Западе казалось, что Советский Союз не выдержит, что катастрофа его неминуема. Только советские люди были уверены в победе: «Не мы хотели этой войны. Не мы перед ней отступим. Фашисты начали войну. Мы ее кончим победой». Так говорили наши люди. И это правда.