Из книги «Стройбат 40 лет назад, или Королевские войска в СССР»
Как и все цивилизованные люди гражданского племени, военные строители принимали активное участие в уборке урожая, в частности картофеля. Так как картошка была самой популярной пищей солдата в любое время года (после пшенки), а командование, естественно, было озабочено нашими вкусами, то каждый сентябрь, по субботам и воскресеньям, мы выезжали на поля подшефного колхоза. Хлебом с солью нас не встречали, но наготове всегда стояли бортовые машины с корзинами для сбора второго хлеба. В наших интересах было набрать определенную норму картошки и поскорее уехать в казарму. Долго копаться в матушке-земле никто не хотел, поэтому работа шла споро. Я не буду говорить, сколько картошки шло в машину и сколько было «заботливо» вдавлено обратно в землю (а не вылазь, мелкота!), но так или иначе, к вечеру какое-то количество мы собирали, и обычно еще час-два ждали машину из части. За это время местные яблони сильно редели, а кое у кого потом появлялось невыразимое желание срочно навестить «белого друга».
У командования был договор с колхозом на какой-то процент овощей от их сбора. Этот «процент» перекладывался в мешки и по прибытии в расположение размещался на нашем овощном складе. Хорошее в этом было одно — при разгрузке на склад мы временно получали возможность получить нетрудовые трофеи в виде тушенки. А соленые огурцы и помидоры мы трескали на ходу, при перемещении мешков. Однажды, на втором году службы, когда мы в очередной раз перегружали на склад овощи, я заметил, что входная дверь на склад висит на одной петле. После работы я шепнул об этом Левому, потом мы доверительно сообщили еще кому-то и в результате все наше отделение в полном составе в тот же вечер проникло на склад. Мы жировали. Правда, особо привлекательного там для нас почти ничего не было, кроме тушенки. Отличной говяжьей тушенки. Я и сейчас думаю, для кого она предназначалась, если за два года мы ее ни разу не видели на своем столе, даже в каше. Сейчас такой уже нет, а то, что нам продают, вряд ли будет есть и собака… Мы набрали ее полные карманы и два дня отъедались. На обед можно было не ходить. Это происшествие так никто и не заметил. Отсутствие контроля — есть результат его наличия при советской власти!
Как оказалось, «картофельные сборы», кроме тушенки, могут приносить еще и алкоголь. Наиболее предприимчивые товарищи, опять же из нашего отделения, придумали торговать картошкой, так сказать, не отходя от кассы. В тот день мы работали далековато от «командного» картофелесборного пункта, зато близко к дороге. Мы собирали картошку по принципу Попандопуло из Одессы — «это тебе, это мне» — часть в корзину для колхоза, часть в мешок на собственные нужды. Пара пацанов покрепче тянула эти мешки к дороге в кусты, потом ловила первую попавшуюся машину, и недорого сторговывала добычу. Редко кто отказывался. Таким образом, после работы мы получили возможность немного расслабиться в казарме после тяжелых трудовых будней. Благо, из офицеров до отбоя редко кто появлялся в расположении, поэтому мы чувствовали себя относительно безопасно на улице, скрытые зданием нашего вещевого склада. Коллектив у нас подобрался выдержанный и, по возвращении в роту, в бутылку никто не лез. Себе дороже.
Спаянное было отделение!