Вообще говоря, никакой антипатии к системе атомной энергетики, в которой присутствуют только быстрые реакторы у нас нет. Но надо понимать, что за этим тянется довольно длинный шлейф проблем, решение которых совсем не очевидно, и, скорее всего, не так безопасно, как пытаются представить. Наибольшая проблема – необходимо организовать переработку облученного топлива. Причем, перерабатывать его надо довольно быстро, максимум через 1-3 года после облучения. Сейчас топливо перерабатывается после существенно большей выдержки. Переработка облученного топлива предполагает полную разгерметизацию тепловыделяющих элементов, в которых оно находится, высвобождение всех радиоактивных изотопов и разделение их с использованием химических реактивов. Надо будет отделить уран, плутоний, америций, кюрий – тяжелые элементы, которые потом будут возвращены в топливный цикл, выделить радиоактивные продукты деления, их остекловать и отправить на захоронение. Из каждого реактора ежегодно надо будет перерабатывать около 10-15 тонн высокоактивного ОЯТ. Насколько все производства топливного цикла будут способны к безаварийной работе в течении длительного времени, пока сказать нельзя. Тем не менее, в условиях дефицита природного урана и этот путь может оказаться приемлемым. Потребность в энергии может преодолеть все страхи. Есть много и других проблем, но принципиально отвергающих идею создания энергетики на основе быстрых реакторов нет. Насколько это будет хорошо, вот в чем вопрос.
Более привлекательные альтернативы развития ядерной энергетики есть, но пока внимание высоких чинов, а значит и финансирования, они не получили. В силу сложившихся обстоятельств административные инстанции представляют дело так, будто альтернатив ПРОРЫВУ вообще не существует. Разработки в рамках этого проекта получили мощную административную поддержку, а в последнее время приобрели и идеологическую платформу, наивную, но как говорят действенную: «ПРОРЫВ – это хорошо, а все остальное - либо не нужно, либо плохо». Почему-то в России, единственной стране в мире, торопятся сделать типовой быстрый реактор как можно скорее, хотя потребности в нем нет. В этой торопливости есть много искусственного, не относящегося ни к науке, ни к технике. Много ложных, но бойких лозунгов. В общем, как на выборах, много пустых обещаний в надежде, что к моменту отчета «либо шах, либо осел, либо я» отойдем в лучший мир. Но! В таких стратегических направлениях как энергетика превалирование личных амбиций, дорого обходится в будущем.
Не нужно спешить, надо рассмотреть и сопоставить разные варианты и выбрать не тот, который можно сделать, а тот, который нужно сделать. Ошибки в стратегических направлениях для России могут оказаться губительными.