Известно, что русский крестьянин был неистощим в создании сочетаний слов. Он был тем носителем языка, который творил слово, как бы сказали ученые, «генерировал» их, то есть порождал слова и различные соединения слов, ставших необходимой принадлежностью народной образности и устных поэтических выражений.
Мы часто не задумываемся над происхождением тех или иных слов и сочетаний. И произносим, и читаем их машинально. А между тем каждое слово или оборот речи, когда их постигаешь, становятся для тебя родными, незаменимыми, и уже смотришь на современную словесную чепуху как на вредную и даже враждебную тебе чуждость, которую следует изживать, искоренять из речи, создавать вокруг лексического мусора дух неприятия. Чтобы каждое не к месту произнесенное чуждое слово вызывало отвращение и признавалось бы всеми нами как признак дурного тона.
А для этого надо вникать в истоки русской речи, в глубинную суть и происхождение каждого русского слова, создателем которого был русский крестьянин.
Вот для примера, навскидку, беру обыкновенные и всем известные слова «сердитый», «сердиться» или «осерчать». Употребляя эти слова, мы уже не обращаем внимания на их формальное сходство со словом «сердце». А ведь если покопаться в речи русской деревни, то и сейчас можно найти сочетание с этими словами. Можно услышать даже у бывшего сельского жителя фразу вроде «У него сердце на меня», то есть «он на меня сердится». Да и в художественной литературе писатели часто употребляют выражения: «сделать что-нибудь в сердцах», то есть в гневе, осерчав.
В этимологических словарях, где ведется речь о происхождении слов, о слове «сердитый» сказано, что оно исконно русское и что известно оно с 11 века и что родственно оно слову «сердце».
По представлению древних, сердце – не только центр любви и дружбы, но также вместилище гнева, ярости. «Чует сердце друга и недруга», - говорят в народе. Когда что нравится, то говорят: «Это мне по сердцу». Когда что-нибудь против воли, желания, то нередко у народа мы слышим фразу «Скрепя сердце». Бывает, проходит какой-нибудь страх, уйдет ненужная забота, и человек русский облегченно скажет: «Отлегло от сердца». Знаю человека, у которого вспыльчивый, но добрый нрав. О нем применимо народное выражение: «Сердце у него отходчивое, доброе». Повстречается крестьянину на жизненной дороге человек с бешеным разгаром своевольных страстей, он о нем скажет: «Неукротимое сердце у него». Или предупредит: «Сердце и душу бережет, и душу мутит. Сердце делу не в помощь». Излишнего пессимиста, озлобленного человека иногда в сердцах укоряют: «Ожесточило неверие сердце твоё».
Вот чтобы не ожесточиться, надо любить, надо верить. Задушевный человек, любящий и прямой – это всегда сердечный человек. Мягкое, доброе, теплое, любящее сердце человека всегда скажет, по ком оно болит. Пусть будет меньше всего людей с каменными сердцами – бесчувственных, жестокосердных, у которых только заёмное, грубое, чужое слово.
Хочется надеяться, что каждый русский вернется к исконно русской речи, к русскому незамутненному слову и про себя скажет: «Это мне по сердцу, это мне любо!»