ЧАСТЬ 1
- Какая прелесть! – девушка Анна с восхищением смотрела на большую фарфоровую вазу.
- Это очень дорогая вещь, - гордо произнес владелец «прелести» Александр. - Мои родители говорили мне, что она была привезена из Китая еще в начале прошлого века.
Ваза действительно была замечательная, как и все в доме Александра. Белоснежный китайский фарфор был покрыт нежным рисунком, изображающим птицу, сидящую на ветвях дерева. Многообразие красок ручной росписи и совершенство формы давали право назвать это творение рук китайских мастеров настоящим шедевром. Впрочем, любая вещь, принадлежащая Александру, подходила под это определение. Вся семья этого молодого человека, включая его самого, была неравнодушна к искусству, все предметы их обихода, будь то мебель, одежда или посуда, подбирались очень тщательно. Цветы на занавесках гармонировали с цветом глаз модели на картине, паркет на полу выгодно оттенял побелку на потолке, а недавно покрашенные батареи как нельзя лучше подходили под расписные перья птицы на вазе.
Александр и Анна отошли от стола, который украшала ваза, и их общий знакомый Рудольф, стоящий до этого в стороне, мог теперь хорошо рассмотреть вещь, так понравившуюся девушке. Рудольф с Александром довольно давно знали друг друга, вместе учились в университете, приятельствовали, но хорошими друзьями никогда не были. Около недели назад они столкнулись вместе в одном из ночных клубов, где и познакомились с очаровательной Анной. И вот теперь Александр устроил у себя дома дружескую вечеринку, на которую пригласил некоторых своих знакомых, в том числе – Рудольфа, и, конечно же, Анну.
Молодые люди не выясняли отношения напрямую, но негласное противостояние между ними началось еще с того самого вечера в ночном клубе. Девушка, казалось, к обоим относилась одинаково и с равной благосклонностью принимала знаки их внимания. Сейчас же Александр на правах хозяина водил Анну по квартире и показывал ей все, что считал достойным внимания.
Однако остальные беспокойные гости не давали ему возможности в полной мере насладиться обществом девушки. Рудольф втихомолку посмеивался, глядя, как радушный хозяин то и дело подбегал к кому-нибудь из друзей и с криком: «Осторожнее, это же оригинал из Древнего Востока!» или «Не трогай руками, это же столовое серебро XIX века!» отгонял незадачливого любопытствующего подальше от «экспоната». Мысленно большинство вещей в дома Александра Рудольф называл «экспонатами», так как их владельцы относились к ним практически как к музейным реликвиям.
Облокотившись о стол, Рудольф рассматривал вазу, которая так понравилась Анне. Дорогая вещь? Что-то подсказывало ему, что он уже видел ее раньше, и отнюдь не в музее или антикварной лавке. Дождавшись, когда хозяин и его гостья выйдут из комнаты, он взял вазу за горлышко и перевернул ее. На дне блестела новенькая наклейка с надписью «made in China». Рудольф усмехнулся: ваза, привезенная в прошлом веке из Китая, продается в хозяйственном магазине через дорогу по весьма доступной цене. Именно там Рудольф и видел ее примерно месяц назад.
Теперь понятно, откуда у Александра все эти древневавилонские изразцы и древнегреческие амфоры, и почему он так старается, чтобы гости не подходили к ним слишком близко! Что ж, у каждого свое понятие о ценности вещи, и Рудольфу в данном случае это было только на руку. Анне понравилась ваза, значит, она должна быть у нее. Он не сомневался, что сумеет найти очень похожую. Магазинов в городе много, и для девушки вряд ли имеет значение, в каком веке сделан этот горшок. Пусть Александр думает, что все до сих пор верят в то, что у него на стенах висят и в шкафах стоят сплошь оригиналы из древности. Пусть он остается со своей вазой, а ему, Рудольфу, лучшей наградой за добытую точно такую же будет внимание разочарованной в приятеле Анны.