Пишет Nessy
Очень долгое время я совсем не понимал привлекательности Тур де Франс. Кучка мужчин в лосинах, истязающих самих себя на двухколесном транспорте, и каждый из которых производит столько пота, чтобы смыть туалет 39 раз. (Это самый необычный статистический факт, на который я наткнулась, рыская повсюду в поисках информации). И как только кто-то может воспринимать этот спорт всерьез, если почти каждый из участников использует наркотики, чтобы достичь финиша? Они, несомненно, фантазируют, когда утверждают, что это самое популярное ежегодное спортивное событие в мире! Но однажды я решила усесться поудобнее и посмотреть внимательно это событие с тем, кто хоть что-то в этом понимает. Первое, что произошло, так это то, что мои язвительные комментарии очень скоро утихли по мере того, как ТВ-камеры взмывали над велосипедистами и показывали необыкновенный горный пейзаж или одну невообразимо живописную долину за другой. Это самая лучшая реклама Тур де Франс, и они об этом прекрасно знают. Это самое позорное спортивное событие в мире, но, черт побери, и в тот же момент и самое красивое. Оно пережило две войны в Европе, огромные технологические преобразования и больше скандалов, чем вы можете себе представить – но тот прекрасный, невозможный, мистический хаос, который творится на Тур де Франс, является лучшей его характеристикой. Так что еще до того, как велосипедисты достигли финиша в эти выходные, я захотела потратить некоторое время для того, чтобы постараться найти интересные и захватывающие факты об этом событии за последние годы.
Лэнс Армстронг однажды заявил, что победить в Тур де Франс «невозможно без допинга». Ну и почему же это так невозможно? Когда соревнование проводилось впервые в 1903 г., оно было организовано как рекламный трюк для увеличения продаж автожурнала, издаваемого под редакцией парня по имени Генри Десграндж. Заядлый велосипедист и владелец Парижского велодрома, Десграндж был одержим идеей сделать гонку как можно более жесткой.
Он однажды сказал, что это идеальная гонка, и победителем в ней будет только тот, что финиширует. Он также считал, что последовательные передачи на велосипедах создавались для слабаков. «Не лучше ли идти к победе при помощи силы собственных мышц, чем при помощи искусства переключения передач? – говорил он журналистам. – Мы становимся неженками. Что касается меня, оставьте мне одну фиксированную передачу!»
Будучи не самым деликатным мужчиной, он украл еду во время завтрака у одного из участников гонки в Бордо в 1935 году.
Задолго до того, как во время гонки было разрешено использовать поддерживающие устройства для транспортных средств, велосипедистам запрещали принимать любую помощь. В Тур де Франс, проводимом в 1913 г., на велосипеде участника Юджина Кристофера сломалась вилка на переднем тормозе. Он пронес его 10 километров к ближайшему кузнецу, где в кузнице сварили части тормоза обратно вместе. Ему добавили 10 штрафных минут (позже сократили до 3) за то, что кузнечные мехи для него качал местный парнишка.
«Вы просто не представляете себе, что такое Тур де Франс, – говорил победитель гонки 1923 года Анри Пелисье журналистам из Petit Parisien. – Это Голгофа… Вы хотите посмотреть, как мы двигаемся вперед?» Он достал из сумки флакон и показал журналистам: «Это кокаин для наших глаз и хлороформ для наших десен…»
Подтверждение приема наркотиков во время Тур де Франс было настолько очевидным к 1930 году, что в своде правил, написанных самим Анри Десгранджем, было напоминание для гонщиков, что им необходимо приобрести собственные наркотики, так как организаторы не будут их предоставлять.
Употребление алкоголя для утоления боли и уменьшения усталости было обычным делом на протяжении первых пятидесяти лет существования гонки. Перед горными этапами соревнующиеся велосипедисты также закуривали, «чтобы развернуть легкие», повысить кровяное давление и участить пульс.
С самого начала весь спорт был построен на злоупотреблении психотропных веществ, так что вы думаете об этом – может, Лэнс просто поддержал гордую традицию Тур де Франс?
И мы не просто говорим об употреблении наркотиков – мы говорим об обмане в целом, который был значительно шире в ранних гонках, чем сейчас.
В 1904 году 12 из 27 финишировавших спортсменов были дисквалифицированы за езду на поезде вместо гонки на велосипеде. В то время движение на дорогах не перекрывали во время гонок, время от времени вы встречали только контрольно-пропускные пункты, но мало кто действительно следил за вами, так что проехаться на поезде было не так уж и сложно. После этого случая Десграндж объявил, что больше никогда не будет проводить гонки снова, но делал это еще на протяжении трех десятилетий.
Также распространялись истории о гонщиках, разбрасывающих на дороге гвозди, чтобы при помощи проколов задержать соперников; и о случаях отравления гонщиков друг другом. Один французский гонщик Люсьен Пети-Бретон пожаловался официальным представителям, что он видел, как соперник едет на мотоцикле лишь для того, чтобы спровоцировать того достать револьвер.
Фанатов также ловили на мошенничестве.
Когда велосипедисты проезжали города, жители хотели помочь своим землякам, участвующим в гонках, так что они появлялись с битами и цепями, когда гонщики проезжали мимо, и разрешали только своим любимчикам проехать через свои кордоны. Шахтерские города были наиболее фанатичны, и зрители часто мстили тем велосипедистам, которых обвиняли в мошенничестве. Группы хулиганов ожидали в укрытии появления велосипедистов, собираясь побить, порезать бутылками или даже ножами велосипедистов в своем желании помочь своим местным фаворитам. Многие гонщики возили с собой полотенца из-за фанатов.
Финиширующие на Тур де Франс иногда так близки друг к другу, что даже небольшое преимущество над соперником может быть решающим. В гонке 1989 года было объявлено, что разрыв между гонщиками был настолько мал, что, вероятно, если бы гонщик Лоран Финьон, занявший второе место, подстригся, то стал бы, скорее всего, победителем.
А что же касается последнего места? Даже за него гонщики могут сражаться.
В Тур де Франс гонщику, который финиширует последним, присваивается знак отличия красный фонарь – по аналогии с красными фонарями, традиционно висящими на служебных вагонах поезда, чтобы диспетчеры могли видеть в темноте, где находится последний вагон. Последним финишерам в Тур де Франс дают красный фонарь в знак их неудачи и их мужества, чтобы они не сбивались с пути.
Спустя годы, их дурная слава позволила считать последнее место намного привлекательнее, чем место где-то посередине. Гонщика, занявшего последнее место, запоминали, в то время как тех, кто пришел чуть раньше, забывали. И доход, полученный за появление с красным фонарем на публике, может сделать вкус поражения немного слаще.
В то время как сообщается, что Тур де Франс 2019 собираются сделать «самым прозрачным», мы думаем, что, может быть, все эти беспорядки и делают его таким привлекательным?
Да, можно было бы привлекать женщин для участия в 21 веке. Кроме того, мы никогда не узнаем, как все эти парни умудряются не повредить седлом свои мужские органы. И конечно, вы должны быть, в первую очередь, чертовски сумасшедшим, чтобы подписаться на эту гонку. Но не желаете ли вы присоединиться ко мне вместе с бутылкой хорошего красного французского вина на этих выходных, чтобы поболеть за велосипедистов, пока они пытаются победить в самом позорном, драматическом, грязном спортивном событии, которое когда-либо видел мир. В худшем случае, вы будете дремать, наблюдая во сне те открыточные виды Франции…
Специально для читателей моего блога Muz4in.Net