Мама часто спрашивает меня:
— Почему ты молчишь? Ну, почему?— она всегда грустная, когда задаёт этот вопрос.
У меня есть старший брат — Тим. Ему нравится, что я молчу. Как-то раз он с другом играл в очень плохую игру на компьютере: страшную. Мама такие игры не разрешает. Тимкин друг очень сильно боялся, что их отругают и постоянно спрашивал:
— А малой точно нас не сдаст?
— Нет не сдаст, он разговаривать не умеет, — ответил Тим и улыбнулся, глядя на меня.
А я и не собирался его сдавать: он хороший, всегда со мной конфетами делится и в свой телефон даёт поиграть. Я тоже хочу телефон. В марте мне исполнится пять лет, интересно, а мне подарят телефон. У всех есть телефон, а у меня нет.
Когда ябыл совсем маленький, и не знал, что солнце жёлтое, небо голубое, а трава зелёная, мама всегда играла в телефон. Тимка был в школе, папа на работе, а мы с мамой дома. Мне тоже хотелось посмотреть, что же там в телефоне такое интересное, и я просил, как умел, но мама не понимала моей речи. Она включала мне мультики с разноцветными паровозиками, квадратами и треугольниками, и разными животными. Мне нравятся мультики, но тогда ябольше всего любил играть с бабушкой, она придумывала очень интересные игры, мы часто сидели с ней на полу и играли. Потом мы уехали в другой дом и бабушка не стала приходить к нам в гости. Тим тоже грустил. Ему не нравилась новая школа, он говорил об этом родителям, но они не слушали и даже ругались. А мне не нравилась холодная каша в яслях и воспитательница, которая не разрешала нам шуметь, но я молчал, не хотел, чтобы меня ругали.
В три года я пошёл в другой садик. Елена Александровна мне сразу понравилась. Она добрая и очень много говорит, когда играет с нами. И она тоже грустит, когда я не отвечаю на её вопросы.
Каждую среду мы с мамой и папой ходим к какой-то странной тёте. Она заставляет меня рисовать, но все фломастеры у неё красные, только колпачки разноцветные. Я проверил. Мне нравится голубой и зелёный цвет, но у этой тёти таких нет. Наверное, красный её любимый цвет, у неё даже ногти красные. Мама с папой всегда ругаются, когда мы возвращаемся домой.
Иногда мы ходим к этой тёте только с папой. Ненавижу красный, и то как папа смотрит на эту тётю и гладит по руке тоже ненавижу.
Мама больше не играет в телефон, она просто молчит и плачет.
Вчера вечером мама с папой очень сильно ссорились: громко кричали, и что-то с грохотом падало на пол. Слов было не разобрать: мы с Тимом сидели в шкафу. Вылезли, когда крики стихли. Мама сидела на полу в коридоре и громко плакала, я никогда не видел её такой. Тим сел рядом с мамой и обнял её, а я подошёл ближе, погладил маму по голове и прошептал:
— Мама, не плачь, мы тебя очень сильно любим.
Она сразу перестала плакать и посмотрела сначала на меня, потом на Тима, улыбнулась, погладила меня по лицу и спросила:
— Егорка, сыночек, ты разговариваешь?
Мы сидели и обнимались, а я шептал:
— Я буду, буду разговаривать, ты только не плачь... улыбайся.
