Мусор - это судьба. Глава 7. Секрет Соломоныча, или Все там будем
В "Родине слонов" Кирилл сразу отправился в закрытый кабинетик. Экономить на конфиденциальности не стоило. А вот на еде пришлось. Умом Кирилл понимал, что у него есть отпускные накопления, что с бывшей работы выплатят премию, а за волонтёрство положено социальное пособие... Но паника крепко держала его душу в колючих объятиях. Вроде контролируешь ситуацию и дыхание, а потом начинаешь бестолково метаться.
Кирилл чувствовал себя нищим и незащищённым. Помощь от государства? Не смешите. Отказываться от радостей жизни не хотелось. Молодой человек решил, что будет покупать поменьше и растягивать на подольше. Поэтому заказал всего один бокал натурального пива. А вместо куриных крылышек взял более дешёвые бёдра.
От тяжёлых мыслей и нудного ожидания друзей Кирилл выпил бокал за пять минут и не заметил этого. Бёдрышки были, что называется, "плюс-сайз". Кирилла это не взволновало. Модифицировали этого цыплёнка генетически или просто откормили до небывалых размеров, главное, жирно и вкусно. А вот чтобы взять ещё пива, пришлось идти на сделку с совестью.
Кирилл заказал второй бокал, пообещал себе цедить его весь вечер и расстроился. Весь образ жизни молодого человека экономии никак не подразумевал. Кирилл не умел так делать! Он привык вкусно есть, покупать понравившиеся вещи, брать кредиты, если на очередную хотелку не хватало средств...
Крупные суммы периодически подкидывала мама. Кирилл подозревал, что это источник благосостояния скоро закроется.
- Бёдра? Фу! Жирные, как одна из моих бывших, - Лёшка обожал быть недовольным жизнью. Он считал, что сытый и спокойный человек сенсации не напишет. Поэтому журналист, по мнению Лёшки, должен злиться и немного истерить. - Ну, когда в армию тебя провожать будем?
- Почему в армию? - растерялся Кирилл. - Ты же сам посоветовал мне в эковолонтёры идти.
- А ты и пошёл! - заржал Лёшка. - Кирилл, шутка тупая!
Кирилл молчал и смотрел на Лёшку. Лёшка смеялся, но с каждым мгновением всё тише и тише. Замолчал. Стал озираться. Заметил Макса, который вошёл в кабинет.
- Макс! - заорал журналист. - Макс! Кирилл в волонтёры пошёл. Это не я!
- Ну, так ведь Кирилл пошёл, - резонно ответил Макс. - Зачётная шутка, Кир, хватит пугать нашу прессу.
- Я не шучу, - тихо сказал Кирилл.
- Я думал, он прикалывается! И сказал! А он нет! Я не виноват! Я не понимал! - Лёшка метался от самооправдания к обвинению.
- Так, давай сначала, - скомандовал Макс. Как спасатель он был более стрессоустойчив.
- Вчера позвонила мама, - послушно начал Кирилл. - Она мечтает с моей помощью восстановить влияние в нашем политическом бомонде и пропихивает меня на службу в каком-нибудь министерстве. Мама хотела сдать меня в армию, чтобы я потом занял должность в администрации. Или где-то там. Я запаниковал и сказал, что стал волонтёром, поэтому в армию идти не могу. Потом я позвонил Лёшке и спросил, куда можно по-быстрому устроиться. Он ответил: в Сибирь, на Мусорный остров в Тихом или нашу свалку разбирать. Я выбрал свалку. Утром сходил. А меня с работы уволили. Теперь я волонтёр на соцобеспечении. Сегодня впервые мыл полы. И мне ещё с мамой объясняться. Вот.
- Ага, - ответил Макс и отхлебнул из бокала. И задумался.
- Что "ага"? - заорал Лёшка. - Я своим советом, получается, другу жизнь угробил! Из волонтёров не возвращаются! Это же клеймо на всю жизнь! Кирилл теперь если в администрации и появится, то только чтобы субсидии клянчить!
Кирилл подавленно молчал. До него стало доходить, куда он в спешке вляпался.
- Понимаешь теперь?! - Лёшка лихорадочно наворачивал круги у табуретки. Сидеть спокойно он не мог, бегать в кабинете было негде. Маленькое приватное пространство с шумоизоляцией, журнальным столиком, используемом как обеденный, и тремя табуретками не давало журналисту толком выпустить пар. Поэтому всё раздражение выплёскивалось на друзей. - Вытащил билет в один конец и тупишь на него. Куда там расти? До начальника таких же идиотов?
На "тупишь" и "идиота" Кирилл не обиделся. Знал, что иначе выражать беспокойство и вину Лёшка не умел.
- А я ведь ждал, - неожиданно признался Лёшка. - Когда мама тебя дожмёт. Был бы у меня друг во власти, для прессы это очень удобно.
- Можешь считать, - сухо ответил Кирилл, - Что ты тоже входишь в список причин, по которым я не хотел становиться политиком. Знаю, как ты умеешь сказанное перевирать, пресса.
Макс молчал. А потом сказал:
- Не вижу причины для паники.
Лёшка зачарованно уставился на него.
- Ты же продажник, Кир, - сказал Макс. - И хороший. Какую только фигню не впаривал. Неужели ты не найдёшь как и что продать на свалке?
Кирилл понял, что ничего не понял. Потом подумал, и понял.
- А там ведь куча всего должна быть, - Протянул он. - Мебель деревянная, техника и посуда старинная. Книги бумажные. Состояние, конечно, не очень...
- Вы оба идиоты, - резюмировал Лёшка. - И не читаете мои расследования. Там всё поделено! Хотите, назову фамилии тех, кто свалочных сёрчеров крышует? И их добычу перепродаёт.
- Нет, - ответил Макс.
- Кого? - спросил Кирилл.
- Сёрчеров! - раздражённо повторил Лёшка. - Поисковиков сокровищ. Они с этой свалки уже лет тридцать кормятся. Как ты и сказал, дерево, книги, винтажный мусор, который сейчас хрен достанешь... Бизнес кипит, взятки даются. Ты хочешь сунуться в чужой бизнес?
- Я, может, и торопливый идиот, - огрызнулся Кирилл. - Но не дурак! Немного инстинкта самосохранения у меня есть.
И всё-таки идея Макса, что на свалке можно делать деньги, грела ему душу. Осталось только узнать, что ещё не считается выгодным товаром и не поделено. И придумать, как и кому это продать.
- А начальник там интересный, - сказал Кирилл, чтобы заполнить паузу и скрыть от Лёшки свои раздумья. - Волонтёры, может, и идиоты, а Исаак Соломонович - нет. Никого не боится! Только сволочь он.
- Как ты сказал? - заинтересовался Макс. - Исаак Соломонович? А фамилия не Иванов?
- Не знаю. При мне его никто по фамилии не называл. Соломоныч и Соломоныч...
Макс вытащил смартфон и запустил поисковую систему. "ГСЛ НЭУ", - подсказал запрос Кирилл. Спасатель нашёл сайт организации и зашёл в раздел "Наши лица".
- Он сказал, что три года до пенсии осталось. Значит, восемьдесят два года ему, - подсказал Кирилл. Не сказать же прямо "Ищи ехидного старика-еврея". Некультурно так говорить. - Но выглядит хорошо.
- Семьдесят семь ему, - ответил Макс, вглядываясь в фотографию Соломоныча. Анимированный снимок почти не шевелился.
- Тогда выглядит плохо, - растерянно отозвался Кирилл. - А ты откуда знаешь?
- Иванов Исаак Соломонович, - медленно ответил Макс. - Почетный гражданин города. Герой России. Отмечен медалью "За защиту экологии". При ликвидации последствий климатического кризиса в Европе получил инвалидность. Ему вручили благодарственное письмо от короля Швеции с личной подписью. Про него в учебниках пишут. Портрет в нашем ведомстве висит. Ему положена ранняя пенсия, - объяснил спасатель. - Он был первым нашим земляком, попавшим в Экоинтерпол.
- Герой России? На свалке?!
- Бывает, - Лёшка мрачно заглянул в бокал. - Чего только не бывает. Значит, не сват кому-то, не брат, и задницы лизать не любит. Поэтому и пашет до своей ранней пенсии, а не парады возглавляет или приказы отдаёт. Скромный герой-служака. А на свалке, потому что честный человек. Все там будем.
Полчаса прошли в молчании. Лёшка успокаивался, но периодически вздрагивал. Кирилл цедил пиво по глотку раз в пять минут и старался ни о чём не думать. Макс утверждался в мысли, что героем становиться не стоит.
Молчание разорвал рингтон.
- Да кто там, - тоскливо протянул Кирилл и ответил не глядя.
- Посмотри в камеру, - строго сказала мама. - Не желаю разговаривать с твоим ухом.
Кирилл спрятал бокал под столик и повернул смартфон камерой к себе.
- При... - "вет" договорить он не успел.
- Завтра вечером жду тебя на чай, - приказала мама. - Надо поговорить про твоё волонтёрство.
И отключилась.
Кирилл спрятал смартфон в карман и махом допил пиво.
- Экономить буду завтра, - решил он. - Душа просит анестезии.
- А мне показалось, - осторожно заметил Лёшка. - Что она была не так уж и недовольна.
- Завтра узнаю, - отмахнулся Кирилл. - Даже думать не хочу!
Он вывел на экран систему заказов, ткнул пальцем в иконку "Синт-пиво "Ячменное" и стал ждать официанта.
Повесть "Мусор - это судьба" (все главы).
Данный текст является авторской фантазией на тему жизни в XXII веке.
Все события и персонажи вымышлены.
О сёрчерах можно почитать в рассказе "Мусорный Эльдорадо: сокровища на свалке"