Почти с самого утра зарядил дождичек, он был на столько мелкий, что казалось, что это водяная пыль, когда стоишь не далеко от водопада. Мы решили рискнуть и отправились в путь, вооружившись зонтиками, Наталье был выдан макинтош, точнее сказать плащ из плотного полиэтилена на кнопках синего, даже голубого цвета. Она моментально стала похожа на облако или на Каспера, это такое привидение. А я ей пропела песню:" Синий плащ, только свистни, он появится..."-песня конечно из мультика про черный плащ, ну а у нас получился синий. И вот в такой экипировке мы тронулись в путь. Вот мы снова на янушевке, но сегодня это транзитная зона. Ира говорит, что на старой мельнице мы были несколько раз. Я помню от силы два, один раз еще в классе пятом, и потом уже после девятого, как раз когда у нас с Наташкой были романы с мальчиками и они на перегонки собирали нам землянику с Наташей. Сейчас мы сами кланяемся к каждой ягодке, алой и душистой, давненько я этого не делала, да еще где, на родине. Ягод много и движение наше замедлилось, да еще бесконечное щелканье окружающей красоты. Она такая яркая и вдохновляющая. Потрясающие сосны, нет чтобы расти прямо, стандартно, нет они наровят изобразить что-нибудь из себя, как будь-то играют в игру "море волнуется" и замирают в самых необычных изгибах и наклонах. Места знакомые, вот всплывает из памяти, как мы с бабушкой и тетей, ходили на янушевку садить картошку, они сами запрягались в плуг и тащили его по полю. Возле дома было мало земли, там картошку не сажали.
Я залажу на сосну, что разделяется на три части в одном месте и прислонившись к стволу, как будь-то сливаюсь с ней в одно целое, Ира фотографирует... Дождь почти не прекращается, иногда, когда становится жарко, я снимаю Наташину безрукавку, заботливо предложенную мне, и эта небесная пыль, моментально делает мою одежду влажной, и я снова накидываю безрукавку и открываю зонт. Сколько здесь дикой каринки и она вся усеяна ягодами, жаль, что они еще не спелые.
Я мысленно фотографирую старую мельницу, хотя в памяти ее нет, и тут Ира меня окончательно расстраивает, оказывается от мельницы не осталось и следа, только местность называется "старая мельница". Чуть позже рассуждая на эту тему с Ирой я вспоминаю картину художника Маковского А. В., который несколько лет подряд приезжал в Березйку на пленэр. Так вот у него есть картина с ветряными мельницами, не думаю, что он их выдумал, а мы предполагали водяную мельницу и удивлялись, что не осталось намеков на реке. На картине они стоят, как великаны и вспоминается Дон- Кихот. Путь оказался совсем не близкий и мы вдруг поворачиваем назад, грустно, но мы были уже мокрые, а заболеть совсем не хотелось.Возвращаясь мы как будь-то повторяли пройденный урок, и я снова фотографировала сосны, только с другой стороны. Обратный путь показался короче, может потому, что не отвлекались на ягоды. Удивительно, целый день шел дождь, но его совсем не видно, только ощущается, эта пыль, как только ты закрываешь зонт. Наверно было бы интересно мыться под таким дождем, как будь-то тебя, как цветок опрыскивают из пульверизатора. А вода-то небесная, чистейшая, аромата конечно не чувствуется, но полное ощущение какой-то необыкновенной чистоты.
По возвращении домой дождь усилился, и в этот день мы больше никуда не пошли. Наташа решила помыть окна изнутри, а я читала ей свои зарисовки.