Автор: Полина Матыцына
Ехать на Алтай всей семьёй, когда младшему её члену уже стукнуло пятнадцать лет, казалось Инге глупейшей затеей. Натка на второй курс переходит, на мальчиков засматривается – какие уж тут поездки с мамой-папой да сестрой. Но родители настаивали. Они твёрдо решили подарить Инге семейный тур. И ладно бы на Карибы или в Таиланд какой, так нет же, на Алтай, где о цивилизации, наверное, и не слыхивали…
Увы, переспорить старшее поколение не удалось. И, огрызаясь друг на друга за собственное бессилие, сёстры принялись собирать вещи.
В аэропорту Горно-Алтайска выяснился очередной "приятный" сюрприз: к семье присоединили двух бодрых бойких подружек – пенсионерок и пару молодожёнов. Всё это назвали "экскурсионной группой" и торопливо засунули в микроавтобус – точнее, полуразвалившуюся на вид маршрутку.
Прекрасный подарок на пятнадцатилетие, думала Инга, обнимая рюкзак и мчась навстречу Горно-Алтайскому музею. Она терпеть не могла постороннее общество и ещё больше не любила музеи. Гид к тому же бубнила совсем невнятно, и оттого после перелёта хотелось спать, а вовсе не глазеть на каких-то там "принцесс". Тем более, если принцесса – на самом деле мумия. Вот зачем нормальному человеку смотреть на мумии?
Музей оказался красивый, современный и скучный: Инга никогда не интересовалась историей. Мечтая только о постели, девушка плелась за экскурсоводом, как назло, влюблённой в своё дело. И потому рассказывавшей едва ли не о каждом черепке.
Когда же дело дошло до знаменитой "Принцессы с плато Укок", Инга окончательно пала духом. Экскурсовод явно собиралась рассказать всё, что знала, а знала она очень, очень много. Под бдительным присмотром матушки нельзя было даже отползти в сторонку, к скамеечке, и приходилось, переминаясь с ноги на ногу, "любоваться" куклой. Хорошо хоть, не самой мумией.
Та казалась чем-то знакомой, как будто Инга уже где-то её видела. Но думать не хотелось. Сознание отключалось, и навязчивое гудение кондиционеров казалось оглушающим. Они словно находились в самой голове Инги.
Шум, гудение, звон... Инга думала, будто вот-вот оглохнет. Нельзя же включать кондеи на такую мощность! Она даже экскурсовода не слышит. И маму – та явно что-то говорит, но её голос не способен пробиться сквозь пелену звуков.
Обеспокоенные взрослые всё же отвели девушку к ближайшей скамье, усадили и захлопотали вокруг. Скрежет, гул, грохот – Инге стало страшно, она совсем не слышала за этим людей, а те явно уже кричали. Лицо заливал холодный пот, а руки, казалось, сделаны изо льда.
И вдруг всё кончилось. Наступившая тишина показалась девушке ещё более оглушительной, чем все предыдущие минуты. Но наконец она расслышала маму:
- Инга! Девочка моя, что с тобой, что болит? Как ты?
- Нормально, – слабо выговорила она. – Мне просто на минутку стало... дурно. Наверное, душно стало, или давление упало.
На давление она сослалась лишь потому, что у Натки это было первой отговоркой на все случаи жизни. Старшая сестра чуть ли не гордилась слабым здоровьем и постоянными проблемами с сосудами и головой. Сама же Инга была здорова, и даже немного стыдилась этого.
- Давление? – явно не поверил папа.
- Атмосферное, – попыталась отговориться Инга, но он не поверил. – Пап, я правда не знаю, что это было. Просто голова закружилась и шумно как-то стало.
- Это всё "принцесса", вы не волнуйтесь, – вмешалась экскурсовод с бутылкой воды и стаканчиком, которые Инга благодарно приняла. – Иногда энергочувствительные люди действительно испытывают... нечто необычное.
- Но вы же сами говорили, это кукла! – кивнула в сторону реконструкции Наташа.
- Да, здесь представлена кукла, но саркофаг с настоящей принцессой неподалёку. Я могу показать вам его, и...
- Не надо, – отрезал папа. – Если Инге от этого плохо, не надо подводить её ещё ближе ко всякой мистике. Мы подождём вас у входа в музей. Идём, – обратился он к маме и Наташе, подхватывая Ингу под руку. – Милая, да ты ледяная!
- Кондиционеры хорошо работают, – попыталась перевести всё в шутку Инга, но тут шум накатил снова, и она пошатнулась. – Пойдём скорее, мне опять не очень.
Родители торопливо отвели её на первый этаж и усадили на лавочку. Заговорили с билетёром о возможности вызвать врача. Лишь через пару минут спустилась Наташа, задержавшаяся, чтобы всё же взглянуть на настоящий саркофаг "принцессы".
- Знаешь, – задумчиво сказала сестра, – а эта принцесса, ну, её реконструкция, на меня похожа. Забавно, да? Интересно, лицо случайно сделано или правда как-то восстановлено? Только волосы черные, а у нас с тобой русые. А здорово бы было на Хэллоуин нарядиться этой принцессой, жаль, наши шутку не поймут. Они-то её не видели.
Инга молча согласилась. Кукла – она очень напоминала Наташу. Потому и показалась Инге такой знакомой. Может, поэтому ей и стало плохо, что она представила на месте "принцессы" – сестру?
Медсестра отвела Ингу в кабинет, измерила давление, оказавшееся сильно ниже нормы, и велела отпаивать ту кофе и снова кофе. Мама побежала предупредить гида, что Антоновы на время отделятся от группы, зайдя в какое-нибудь кафе, а папа повёл дочерей это кафе искать.
Ингу напоили кофе, но вместо пары часов покоя её снова засунули в маршрутку, притворявшуюся микроавтобусом, и повезли... куда-то. Впереди группу ждало Телецкое озеро, и задерживать остальных было нельзя. Мама попыталась поругаться, ведь Антоновы заказывали индивидуальный тур, но гид отговаривалась приказами начальства. Телефоны начальства были недоступны, и мама грозилась чудовищным отзывом в Интернете, только Интернет оставался далеко, а впереди были десять дней поездки. И Инга чувствовала: путешествие выдастся весёленьким.
И оказалась права. Вечером странный приступ повторился. На этот раз к звуковым эффектам добавились раздвоение и размытость предметов. Инга действительно испугалась. Что бы с нею ни происходило, оно явно было неладным. А нормальные врачи оставались все дальше. Здесь на Телецком озере, даже поликлиники приличной не имелось! Тот врач, которого удалось найти, только покачал головой, выписал какие-то таблетки и посоветовал побольше отдыхать – это, скорее всего, переутомление.
Укутанная в три одеяла, Инга приходила в себя после приступа и пыталась расслышать, о чём спорят родители. Об общем смысле она догадывалась: папа настаивал на отмене поездки и немедленном возвращении в Горно-Алтайск, где есть не только больницы, но и аэропорт, а в том – билеты в Москву, мама же напоминала, что на поездку ушли немаленькие сбережения. И вообще, это была папина идея, сюда приехать. Следовательно, не стоит обращать внимания, у Инги просто реакция после тяжёлого перелёта. Деньги же им не вернут!
Самой девушке хотелось домой, но мысль о перелёте вызывала у неё дурноту. Больше всего она нуждалась в покое, а весь следующий день предстояло провести в гостинице на озере. Поэтому Инга зашевелилась, привлекая внимание родителей.
- Я тоже думаю, это перелёт, пап, – сказала она хрипло. – А завтра вы сходите на экскурсию без меня.
- Девочка моя, это же твой подарок, – захлопотала вокруг мама.
- Ничего страшного, отдохну и послезавтра буду как новенькая. Мам, я правда лучше отлежусь завтра. Ехать кататься по озеру... Вы мне лучше вечером фотки покажете, ладно?
- Я настаиваю на возвращении, – сказал папа, поджав губы.
- Пап, я от этого-то перелёта сам видишь, какая, – Инга слабо улыбнулась. – Я просто очень-очень устала. Мне бы отдохнуть немножко.
Когда родители ушли в свой номер, Наташа сердито щёлкнула младшую сестру по лбу:
- Ну и зачем геройствовать? Что мы в этой глуши забыли?
- Мама с папой так мечтали об этой поездке, я просто не смогла их разочаровать.
- Это их мечта, а не наша! – Наташа явно огорчилась из-за упущенного шанса вернуться в Москву пораньше. – Я в этой маршрутке всю попу отбила. Эх ты. Нет бы, о сестре подумать. Не любишь ты меня.
И старшая Антонова погрузилась в Интернет. Он был слабым и ловился еле-еле, так что сестре стало не до Инги. Та закрыла глаза и погрузилась в странную полудрёму.
Ей виделись часы. Бесчисленные шестерёнки, между которых она бежала. Бесконечные струи песка, текущие вниз и готовые – она откуда-то знала это – вот-вот перевернуться и засыпать её, начав отсчёт нового времени. Снова шестерёнки и механизмы. И она, маленькая и заблудившаяся, пытающаяся найти если не выход, то хотя бы своё место среди всего этого упорядоченного мира. А в ушах стоял грохот движения механизмов, шелест песка, гул ударов часов.
- Инга! – холодно и мокро. Это Натка брызнула на сестру водой. – Ты как?
- Н-не знаю. Холодно. Дай полотенце и чаю. Ты чего меня водой обливаешь?
- Ты так металась, и такая горячая была... А, надо было компресс, думаешь? Но ты же и так очнулась.
- Спасибо за заботу! – Инге невольно стало смешно. Да уж, заботиться о ком-то Наташа никогда не умела, предпочитая витать в облаках. – Нат, полотенце, пожалуйста. И попроси у мамы чаю.
- Мокрое? – уточнила из ванной Наташа.
- Нет, я и так мокрая! Нат, мне вытереться надо, ты ж из меня рыбу сделала.
- Ну, кровать я не залила, – вручила полотенце сестра, – так, побрызгала на тебя чуток. Сейчас приду.
И скрылась за дверью. Через минуту примчалась мама, забурлил чайник. Жизнь пошла своим чередом, и Инга выбросила странный сон из головы.
Продолжение следует...
Нравится повесть? Поблагодарите журнал и автора подарком.