13 , конечно же, июля. Маршрутки нет и нет. Как потом выяснилось, изменилось расписание. Но все же через час дождались и загрузились. Вишня поспела, и все с ведерками. Уже нет мест, но новые пассажиры прибывают. Две дамы неопределенного возраста, уже не столько цветущие, сколько полуоблетевшие. С ними двое мальчишек- внуков одной из них. Единственные они без ведер. Другая называет счастливую бабушку Наташей, и это имеет подтверждение в виде надписи на ее черной майке крупными буквами: «Наташа не подарок, Наташа – сюрприз…». В дополнение комплекта- ярко-красные спортивные штаны.
Сюрпризы начинаются с момента закрытия двери. «У вас тут есть льготы»,- спрашивает Наташа могучую шею не поворачивающего головы водителя. Он как раз с мучительными усилиями пытается найти изъян в удостоверении ветерана труда бабушки-пассажирки. Ответить нечего ему, так как озвучить его мнение не представляется возможным публично. В маршрутке больше половины вооруженных ведерком – ветераны . Тогда Наташа, не дождавшись ответа, обращается к публике: «Вот почему так, кто-то едет вообще без денег, а с нас даже за детей взяли». Визгливый голос старичка с зеленым ведерком: « Да ты вот заслужи сначала ,а потом квакай. Почему- почему. По кочану , мать…матушка, по кочану». Он предусмотрительно не договаривает. Наташа не унимается: « И даже за стоячие места берете по полной. Я вот стою, мне сесть некуда. Давайте я тогда к вам в кабину сяду и берите тогда». У водителя начинает кровью наливаться могучая шея. «С детьми нельзя в кабину,- отвечает он мрачно. «А пусть они тут, а я там!». И Наташа берется за ручку дверки. «Дама, вы сядьте куда-то, иначе я вообще не поеду,– взрывается шея. «Ну в кабину же нельзя, а тут куда я должна сесть. К дедку на колени что ли…» «Твою…» договаривает , наконец, дедок застрявшее табуированное слово. «А пусть тогда, – решает Наташа кто-нибудь к вам в кабину, а я на его место сяду». Но желающих нет. Никто не двигается с места. У молодых ребят-студентов уши заткнуты наушниками. Старики находятся на заслуженном покое. И только бабушка – ветеран с испугом смотрит на нее. «Ну, я не вас имею в виду. Уж не в вашем же возрасте же, есть и помоложе». «Ты, дочка, возраст мой не тронь, свои годки-то считай… Сама уж бабка, в вот что поперек живота написала, срамота прямо. И детей не стыдится. К парню молодому в кабину так и норовит. А он нас и опрокинет потом посреди дороги.». «Ну вы к нему в кабину идите, тогда точно не опрокинет», - парирует Наташа… Смеются все, включая шею. Но все-таки под этот смех отъезжаем. Наташа, не сбавляя темпа и громкости, переключается на свою спутницу: « Нина, ну ты с Костей-то помирилась что ли? Ну сходил на сторону – ну с кем не бывает, ну уж прости ты его…» «Наташа… Он уже вернулся и еще не раз сходил. Ты уймись, люди же слушают» .Слушали внимательно и внуки резвой Наташи- сюрприза. Младший, хорошенький как котенок, сначала собирался заснуть. Но тема его заинтересовала. «Бабушка, а куда дядя Костя ходил?». «А туда, куда тебе нельзя еще…» «А когда будет можно, … спрашивает прелестное дитя с синими глазками. А старший ребенок , лет десяти, вдруг спрашивает: «Бабушка, тебе не пора лекарство пить? Мама велела следить…». «После этого лекарства надо спать, а тут даже сесть не дают…»– «Бабушка, ты садись, а я постою», - предлагает ребенок- Потому что мама сказала, что если ты будешь все время выступать, то тебя опять в больницу положат. А мы с Виталькой не хотим… Нам с тобой хорошо». Минута молчание. И мы приехали, вдоволь наевшись сметаны. Это присказка была такая в 90-е голодные годы: смех заменяет стакан сметаны. Маршрутка вытряхнула из своего чрева участников веселой поездки, развернулась и уехала в гараж- с шеи было достаточно. Бабушка-ветеранка и героиня с детьми и подругой движутся по одной прямой и одном направлении - к дачам, Ветеранша останавливается, чтобы переобуться в дорожные кеды, и не помнящая решительно ничего Наташа опять вступает в беседу с заслуженным человеком: «Бабушка, а куда эта дорога ведет. К «Вишневому саду» мы выйдем? ». «Ты мать… матушка, действительно малость полоумная что ли… Какой вишневый сад, тут участки Сельхозакадемии». «А где Вишневый сад тогда?» «Где, где, на грех наведет, скажешь ведь при детях где… На другую тебе надо было сесть маршрутку, мать…матушка. Истинно что сюрприз, а не женшина», -ворчит бабка, двигаясь в своих скороходах в путь. Наташа с компанией поворачивает обратно к остановке. Обернувшись, она кричит удаляющемуся резво сгорбленному силуэту в кедах: «А когда следующая маршрутка будет…. «Твою», – доносится издалека уже.