Есть у меня друг. Женщина. Настоящий. О своём друге я сейчас и расскажу. О одном эпизоде её жизни. Просто во время этого происшествия раскрылись грани её истинной души. За, что я и ценю дружбу с ней.
Впервые очень близко я её рассмотрел ещё в восьмом или девятом классе, сейчас точно уже и не упомню, потому как поприсутствовав не много на дне рождения сестры своего школьного приятеля, где я её и рассмотрел впервые, мы удалились по своим пацанским делам, мгновенно забыв о гостьях, почему-то там были одни одноклассницы. За стол мы уселись, когда гостей ещё не было, потому как сидеть и дожидаться начала банкета у нас не было возможности. Дела звали. Очень быстро умяв свою долю днярожденьевского угощения мы испарились. А тех пяти или шести минут, что мы были в общей массе приглашённых, мне хватило, чтобы заметить её в гурьбе малолетних девчушек. Для девятиклассника пигалица из седьмого класса абсолютно неинтересна. А внимание моё к Тане приковалось само собой, потому как с момента своего появления все пространство было захвачено ею безоговорочно и однозначно. Как внешне, она была заметно крупнее своих подруг, так и манерой себя вести. Чтобы она не произносила это было командой к действию остальным. И этому руководству никто не противился, все гостьи исполняли всё, что им предлагалось без малейшего сопротивления. Мы не увидели какого либо заметного возмущения или протестов, видно все её одноклассницы к этому привыкли. А поскольку в командах не чувствовалось какого-либо давления или иного влияния вызывающего отторжение командира от управляемого коллектива, и при этом ни у кого не было желания послать командующего куда подальше, то как команды это практически не воспринималось, К тому же, я видел то её всего пять коротюсеньких минуток. И остальные школьные годы, я редко её замечал. А кто из нас тогда смотрел на мелюзгу, Предметом юношеского вожделения были девушки постарше.
Спустя два десятка лет судьба вновь меня с ней свела. Так случилось, что один из моих приятелей, расставшись со своей первой женой познакомился с Татьяной при совершенно не стандартных обстоятельствах. Описывать их нет буду, потому как рассказ не о нём. О её муже может быть позже напишу, он того стоит. Тоже личность неординарная. Сейчас я писать буду о Татьяне. Вскоре после короткого конфетно-букетного периода они стали мужем и женой и вот тут-то я и узнал Ху ис Ху Татьяна. Дружить семьями мы стали мгновенно, с первой же минуты общения в новом качестве. Ведь фактически мы уже были знакомы, и муж её новый друг мой уже не один десяток лет. Вот поэтому и дружим по сей день. Отношения наши сложились такими, будто им уже не один десяток лет. И дружим мы так, что многим это покажется очень странным. С её мужем у меня свой уровень отношений, с ней свой уровень. И понять какой из них доминирует невозможно совершенно. Мы могли обсуждая насущные текущие проблемы под руку пройти мимо её соседей, а её муж в это время шёл следом с огромной сумкой на плече. Это мы как-то на рыбалку собрались. Или когда муж Татьяны был в отъезде явиться к ней домой для выполнения какой-либо срочной мужской работы, то кран потечёт, то дверь в шкафу отвалится. Надо всё в порядок привести. А соседи то видят, что женщина сейчас одна, муж в отъезде, а к ней друг шляется. Мы просто посмеивались. Дело в том, что Татьянина мама была постоянным членом пенсионерско-скамеечных около-подъездных посиделок, все претензии ей высказывались мгновенно, и мы знали о них дословно. А иногда и специально провоцировали возникновение всевозможных слухов. Развлекались мы так. И совершенно не уговариваясь мы стали неотложной скорой помощью друг для друга. Когда происходило что-либо экстраординарного у меня, без оглядки на время суток, или у неё, мы летели на помощь друг к другу безотлагательно, разве, что сирены включенной у нас не было.
Способность к руководству коллективом без особого напряга для подчинённых за прошедшие годы у Татьяны отшлифовалась и отточилась до совершенства. Практически, то, что она нами управляет не ощущал никто. Всё воспринималось как само собой полагающееся. Работала она на то время старшей медсестрой ведомственного пансионата. Там сама работа предполагала, что нужно руководить. Вне работы она становилась паровозом нашей компашки, а лучше сказать неиссякаемым генератором идей, чем и как заполнить свободное время.
Это были те самые девяностые. Каждый из нас прожил их по своему и способен понарассказывать своих историй не менее занимательных, чем о которой расскажу я. Столь длинное вступление необходимо, чтобы читающий ближе понял какой и кто есть Таня. Женщина деятельная, не боящаяся ответственности за принимаемые решения и всегда готовая реализовать свои планы обходя и преодолевая все препятствия, возникающие на пути их воплощения. Почему я так подробно это описываю, а зачем станет Вам понятным по мере прочтения. Надеюсь Вам станут понятны чувства, испытываемые мною к этому человеку. Прошу не путать их с банальными позывами похоти. Этого не было никогда. Просто не приходили в голову ни мне ни ей эти желания. У неё любимый муж, у меня любимая женщина, и интересна она мне не как женщина а как человек. Как друг. С ней очень интересно общаться.
Итак девяностые. Тяжёлые, мутные, непонятные. К новым обстоятельствам долго привыкали все бывшие граждане СССР. Привыкали и приспосабливались. Всем было одинаково неуютно и тяжеловато. Муж Татьяны, из-за непреодолимой безработицы был вынужден выезжать на заработки во все концы СНГ, туда, где что-то платили, В его отсутствии, мы старались почаще встречаться всей компанией и непринужденным общением размыть давление жизненных обстоятельств и скрасить одиночество Татьяны. Только общение это происходило как правило по выходным. В будние дни все были заняты своими семейными делами, и в один из осенних будних дней и произошло то событие, что послужило причиной написания этого повествования.
Вроде бы обычная ситуация. Женщина вечером возвращается с работы. В руках тяжеленные пакеты с провизией, дома пожилая мама и тринадцатилетняя дочь. Муж на заработках. На дворе ноябрь. Сырой, ветреный, депрессивный. Настроение никакое. В голове бесконечная череда очень даже невесёлых мыслей, одним словом один день из подобных дней обыденности. А дальше я постараюсь описывать произошедшее её словами, максимально приближённо и лексике и тональности, так, как она сама описывала это буквально на следующий день включив сигнал экстренного сбора. Это же не просто случай в череде похожих, это вне рамок нашей повседневности, это супер случай. Экстра стресс.
Вот как эту историю мы услышали от нашего Друга. Татьяны.
- Иду я себе спокойненько домой, захожу в подъезд и тут, в сплошной темноте, ЧУВСТВУЮ, что что-то летит мне в голову. Совершенно машинально я подняла левую руку, но удар по голове получила чувствительный, и по руке больно так. Уронив связку пакетов из правой руки торцанула наугад в эту темень. Чувствую - попала, схватила пакеты и полетела по лестнице к своей квартире, сопровождая свой полёт истеричными взываниями к маме. На ближайшем повороте лестничной клетки совершенно машинально бросила взгляд назад. Мало ли. Вдруг меня преследуют, надо же треснуть ещё раз. Но увидела, что кто-то на карачках выползает из подъезда, значит попала хорошо, раз ползёт, Но мало. Надо бы добавить. На каком основании это чмо на меня напало. Я же его не трогала, я его даже не знаю. Всё это в голове. Грустного в мыслях не осталось ничего. Одна забота - чем добавить. А тут и дверь моя открывается. Мама услышала мои крики и поспешила на помощь. Как по заказу швабра возле двери стоит, я бросила пакеты на пол, схватила её и полетела вниз. Добавлять. А эта скотина, очухалась, встала на две ноги и обернувшись на шум моего прибытия к месту событий стал ручонками размахивать, поначалу я не увидела, а почувствовала, что то, чем получила по голове и по руке поначалу в подъезде сейчас снова летит в мою сторону, но у меня-то в руках не пакеты а швабра, и вот стали мы фехтовать. Он арматуриной, это я потом поняла, что это железный прут около полуметра длинной, а я шваброй. Швабра то хоть и хорошая, да против железяки слабовата. Это я опять прочувствовала, получив по рукам. Бросив швабру пришлось перехватить арматурину и вырывать её из рук той падлы. А она отдавать её не хочет, пришлось его два раза треснуть ногой в пах и добавить в челюсть. И ногами попала, и руками, так, что железяку он выпустил. И вот тут-то я ему и врезала. Куда била не разбирала, главное, что много и всегда попадала. И ору, будто это не я кого-то колочу, а меня избивают безжалостно и подло. Тут слышу мама кричит, чтобы я остановилась, а то убью, соседи сбежавшиеся стали поддакивать. Тоже мне соседи, не могли помочь, когда я одна с этим дралась. А когда это чудо затихло на асфальте, стали меня оттаскивать, ну я не стала их разбрасывать по сторонам а просто посмотрела, где там моя швабра. Слава Богу, мама её подхватила и в руках держала, готовая вмешаться если что. Вернее, если бы не я его, а оно меня осилило бы, я уверена, вмешалась бы обязательно. Но то чмо не шевелилось. Тут я стала успокаиваться, приходить в себя. Вернее испугалась, не убила ли я его. Оно же не шевелится, лежит себе тушкой, не пойми какой. Тут скорая прибыла, видать кто-то из соседей вызвал, Значит и милиция должна вот-вот заявиться, А мне всё страшнее и страшнее. Не шевелится же падлюка такая. Как женщину беззащитную грабить так он герой, а как по голове получил так и окочурился, что ли.... Ну не сволочь ли....
Соседи наперебой рассказывали медикам о произошедшем, что мол напали на женщину, на что они как-то странно отреагировали, по дурацки стали спрашивать кто потерпевший и пошли к телу. Ну я и заорала, что потерпевшая я, а лежит нападавшее, сначала меня осматривайте. У меня голова болит, вот шишки, и руки болят, Хорошо, что работники скорой меня узнали, коллеги ведь, жалеть стали, а водитель даже пошутил, что мол сам напал, сам и отбивайся, не смог, потому и отгрёб по полной. Тут и милиция нарисовалась, Тоже подумали, что потерпевший тот кто лежит. Пришлось им втолковывать, что потерпевшая я, а то, что лежит это нападавшее. Хорошо, что лежащее тело стало подавать признаки жизни, замычало что-то, за ноги стоящий людей над ним стало хватать. Тут меня пригласили в машину скорой помощи. Тело позже туда затащили на носилках. Мама успела сходить домой, отнесла швабру и принесла мои документы. Нам же потом в отделение ехать, эту гадину сажать надо. Заявление писать о нападении. А сначала в больницу. Руки то разбиты, кровоточат. Железка хоть и вскользь попадала, а она же тяжеленная, кожу сдирала напрочь, но это мелочи, главное кости целы. Это я как медик сама поняла. Раз двигаю и от боли не ору, значит переломов нет.
В приёмном покое меня в один угол завели, тело куда-то наверх повезли на каталке. Мне руки обработали, перевязали, шишки хоть и большие но не кровоточили, да и голова не болела, значит сотрясения мозгов нет. Уже легче. Пока посидели с девчонками из приёмного покоя, поболтали, тут и чудо это перевязанное появилось. Наконец-то я его рассмотрела. Батюшки-святы, это же дедуган какой-то, старше шестидесяти, какого лешего полез нападать, сам теперь виноват, что нахватался плюх по полной. Посажу заразу. Здесь и машина милицейская подъехала, нас посадили и повезли в отделение, разбираться. Ну пока ехали, я уже совершенно успокоилась, и тут стало мне этого мужика жалко. Крепко ему досталось. Глаза заплывшие, черные, Челюсть распухшая, голова вся в шишках, то тут то там кровь сочится. Сидит трясётся. Одним словом жалко человека. Мало ли, что может в жизни случиться, вон, что вокруг творится, вот и погнала безысходность.
Одним словом, пока ехали, у меня совершенно пропало желание подключать к этому делу милицию, поэтому по выходу из бобика я сказала, что уже претензий к нападавшему не имею, Заявления писать не буду, и если у этого гражданина ко мне претензий нет, то пойду-ка я лучше домой. Мне семью кормить надо. Но так просто отделаться не получилось, пришлось на бумаге написать, что против этого человека ничего не имею. Тот тоже написал, что претензий не имеет, и нас отпустили, Ну и пошли мы, как два раненых бойца в сторону дома, а по пути зашли в заведение где наливают, ну и сняли остатки напряжения. Доснимались так, что пришлось тащить дедулю до его дома на себе. Накатив спиртного он совсем разомлел, а может боевые раны дали знать о себе. Так, что на себе и волокла. Волокла и сама себе смеялась, надо же, сначала отхайдокала, потом напоила, теперь тащу на себе. А дома передала тело его жене, или кому там, я не разбирала, и пошла к себе домой. А сегодня вот сижу и трясусь, как я его насмерть не ухайдокала. Хорошо, что крепкий ещё старичок, Выжил.... Слава Богу...
Вот такой у меня друг. Татьяна. Если ценит человека, то это чувствуется сразу, Размеры её личности таковы, что тонешь в её обаянии не сопротивляясь. Если, не дай Бог, обидишь, то держись, расплата будет полной и всеобъемлющей. Мало не покажется. Руками и ногами Танечка бить умеет. Попадает туда куда надо. И сильно. За это и ценю дружбу с ней. Дорожу нашими отношениями. И нет-нет а иногда в голове мысли проскакивают, а не стоило ли мне тогда ещё, на том дне рождения сестрички приятеля присмотреться к ней повнимательнее. Отметить. А потом и в другом качестве её рассмотреть. Соединить два в одном. Да время то не вернёшь, Жизнь прожита, хорошо, что дружба наша не заканчивается, а становится глубже и объёмнее. Не знаю как кто, а лично я приложу максимум усилий, чтобы дружбу эту не потерять. Дай Бог ей долгих лет жизни, здоровья и семейного счастья, ну и я со своей стороны приложу свои старания, отдавая ей себя всего. Без оглядок на чьё либо мнения. Людей вокруг много. А друзья по пальцам пересчитываются. И Татьяна номер один. Вот теперь всё.