В критический момент обороны Москвы 25 октября 1941 года Рокоссовский в связи с почти полным отсутствием артиллерии на занимаемом рубеже обратился к командующему Западным фронтом Г. К. Жукову с просьбой о срочной помощи противотанковой артиллерией, но во фронтовом резерве противотанковой артиллерии не было.
Пушка 1877 года
Неоценимый вклад в решение поставленной задачи внёс 71-летний профессор военной артиллерийской академии имени Ф. Э. Дзержинского генерал-майор Российской императорской и Советской Армий Д. Е. Козловский.
Обладая колоссальным практическим опытом и знаниями, он в голове держал местоположения артиллерийских арсеналов в Москве и в ближайшем Подмосковье и хорошо знал, какие старые артиллерийские системы, снаряды и снаряжение к ним хранятся на каких арсеналах.
По совету Козловского были расконсервированы 12 осадных 6-дюймовых (152-мм) орудий образца 1877 года, находившиеся на хранении в Мытищинском арсенале.
Где взяли снаряды
Родные снаряды для этих орудий не сохранились, но в силу унификации удалось использовать английские трофейные осколочно-фугасные 100-фунтовые 6-дюймовые снаряды (гранаты) фирмы Виккерс, оставшиеся в значительном количестве после англо-американской интервенции в Мурманск и Архангельск в 1919 году и хранившиеся на Сокольническом артиллерийском складе. По предварительным оценкам, на момент расконсервации в 1941 году ресурс этих орудий оценивался специалистами всего в 5-7 выстрелов,других вариантов не было (в итоге пушки выдерживали несколько десятков выстрелов).
Где взяли личный состав
Кроме того, нужно было ещё сформировать личный состав для огневых батарей. Командирами батареи и взводов стали слушатели Артиллерийской академии РККА, а орудийной прислугой присланные из районных военкоматов Москвы красноармейцы, которых было очень мало, и ученики 9-10-х классов 1-й и 2-й московских специальных артиллерийских школ, а также старые артиллеристы, которые участвовали ещё в русско-японской войне.
Прицеливались «через ствол»
Для удобства стрельбы (повышения защищённости и точности) и борьбы с явлениями отката орудия вкапывались в землю по самые ступицы деревянных колёс. Поскольку командиры батареи и взводов имели боевой опыт столкновений с Японией на Дальнем Востоке, в Польше и Финляндии, позиции были оборудованы «по всей форме» — с брустверами, капонирами и т. п. При этом засады вели стрельбу прямой наводкой с дистанций 500—600 метров, а прицеливание производилось «через ствол», так как орудия не имели прицелов.
Немцы решили, что русские применяют какое-то новое противотанковое оружие невиданной ранее мощи
При разрыве 45-килограммового снаряда вблизи танка последний переворачивался набок, становился «на попа» или переворачивался, при этом из танка выливался бензин и танк загорался. Попадание снаряда в башню срывало её и отбрасывало на десятки метров в сторону. А если 6-дюймовый снаряд осадной пушки попадал в лоб корпуса, то он проходил танк насквозь, выбивая из корпуса двигатель.
Наступавший немецкий танковый батальон был вынужден отступить. Германское командование посчитало происшествие случайностью и направило другим путём другой танковый батальон, который также наткнулся на вторую противотанковую засаду из 6-дюймовых осадных орудий и понёс серьёзные потери. Немцы решили, что русские применяют какое-то новое противотанковое оружие невиданной ранее мощи. Наступление противника было приостановлено на несколько суток.
Другие применения
В скором времени на других складах были обнаружены и другие 152-мм осадные орудия образца 1877 года, из которых на базе уже созданной батареи был сформирован полноценный артдивизион, который воевал и в 1942 году. Кроме этого, были также ещё обнаружены единичные образцы, которые применялись как в одиночку, так и в составе артиллерийских батарей.
Также 152-мм пушки образца 1877 года применялись на Ленинградском фронте защитниками осаждённого гитлеровцами города на Неве и в Крыму. Окончательно эти орудия были сняты с вооружения Красной Армии в 1942-1943 годах.