Ученые напуганы. Уже третий сотрудник Центрального научно-исследовательского института машиностроения 77-летний Сергей Мещеряков стал обвиняемым по делу о госизмене.
Год назад по таким же обвинениям арестовали двух его коллег. Они работали с разными программами, но просматривается нечто общее: все были причастны к сотрудничеству с Европейским союзом.
В частности, Мещеряков работал в рамках проекта, связанного с защитой Земли от астероидов. Их знакомые предполагают, что здесь просматривается общая политика – закрывать все работы с иностранными учеными, которые проводились в институте, чтобы не было никакого международного сотрудничества.
С арестом одного из этих ученых, 75-летнего Виктора Кудрявцева - особенно парадоксальная ситуация: защита утверждает, что он более двадцати лет вообще не имел доступа к секретным сведениям. Но кому это мешало?
Аресты дополняются усилением слежки – это, видимо, для того, чтобы легче было формулировать обвинительные заключения. Работники нескольких вузов Москвы сообщили, что их обязали согласовывать предстоящие публикации с ФСБ.
Профессор Вячеслав Шупер с географического факультета МГУ рассказал, что им ничего не объясняли – просто сообщили о необходимости получать разрешение на публикацию статьи: “Тайная полиция никогда ничего не объясняет. Она просто ставит в известность”.
Как сообщала “Новая газета”, фактически произошло возвращение старой советской практики, когда можно было публиковать только такую информацию, которую эксперты из спецслужб оценили как устаревшую и не важную - то есть, не опасную для интересов государства. А журнал “Сноб” приводил саркастические замечания некоторых недовольных ученых в соцсетях: “Представил себе Перельмана, предварительно заверяющего доказательство гипотезы Пуанкаре в ФСБ”.
И все это укладывается в общую стратегию поиска шпионов и иностранных агентов везде, где только возможно. А возможности эти существенно расширились благодаря законам, принятым Госдумой - о шпионаже и госизмене. Статьи были сформулированы так, что спецслужбы получили возможность предъявлять обвинения в измене чуть ли не всем, кто имел контакты с иностранцами.
Журналисты в ответ стали советовать Госдуме добавить в закон еще одну статью: как определить злоумышленника просто по внешнему виду - по их словам, тут может помочь опыт советских времен, уже давно придуманные в органах инструкции по выявлению иностранных шпионов.
Как описывал этот опыт журнал “Собеседник”, настораживать должно уже поведение в быту - и вот как определялся в инструкциях подозрительный внешний вид: “Всегда подтянут, аккуратен, услужлив”. “Проявляет качества культурного, необычайно вежливого человека”.
И вот что еще выдает шпиона: “Умение сбивать коктейли”. “Малое употребление хлеба за обедом”. “Разбавление спиртных напитков водой и употребление их небольшими дозами”.