Всем доброго времени суток!
Сегодня самым обсуждаемым событием является митинг оппозиции, который прошёл 27-го июля в Москве, и был весьма жёстко разогнан. Некоторые журналисты даже окрестили его "московским майданом", поскольку по масштабам и количеству задержанных он не уступал знаменитому 6-му мая 2012-го года. Войдёт ли данный митинг в историю как очередной этап противостояния "ватников" и "либералов", или же станет поворотным этапом в новейшей истории России, пока не ясно. Зато ясно другое: данный митинг оппозиции, как и митинги, проходившие в России в течение всех десятых годов, всё яснее проявляют "четвёртый русский вопрос" - "терпильство или смирение?"
И в самом деле, трёх извечных русских вопросов, сформулированных ещё в девятнадцатом веке тогдашней интеллигенцией, похоже, недостаточно для полного понимания того, как правильно жить в нашей стране.
Ведь вопрос "Кто виноват?" приводит лишь к взаимным обвинениям, разделению общества на "мы" и "они" и последующему выяснению того, кто сильнее. Бывают ли эти взаимные обвинения конструктивными? Бывают, если всё-таки среди противоборствующих сторон находятся люди, способные услышать и понять как "нас", так и "их", и попытаться прийти к консенсусу. Но, к сожалению, таких людей сейчас не так много.
Второй извечный русский вопрос "Что делать?" лишь стимулирует полёт фантазии. Предложения о том, что надо бы сделать, сыплются как из рога изобилия от самых разных людей. Однако, весь пар уходит в гудок: вместо реальных дел вся энергия тратится на обсуждение преимуществ или недостатков разных предложений, и в итоге всё ничего не делается, и, следовательно, ничего не меняется.
То же самое можно сказать и про третий русский вопрос "С чего начать?". Он точно также стимулирует полёт фантазии, который не приводит ни к каким подвижкам.
Именно поэтому в России начала двадцать первого века всё громче поднимается четвёртый русский вопрос: "терпильство или смирение?". В чём же разница между этими двумя похожими понятиями?
И при терпильстве, и при смирении человек не удовлетворён своим положением в обществе. Но в случае терпильства человек либо сидит на своей пятой точке ровно, сетуя на то "как у них хорошо, а у нас плохо", либо пытается улучшить своё положение в обществе с минимальными затратами. Но вот улучшить своё общественное положение собственным трудом человек-терпила не желает, поскольку это долго и тяжело. И ему остаётся только:
- Пытаться примазаться к власти и ждать от неё милостей и подачек (путь типичного "ватника");
- Пытаться бузить, бороться против власти, которая как-то, по его мнению, его обделила (путь типичного "либерала-навальниста");
- Пытаться попасть во власть, где можно, заняв некую должность, смотреть свысока на своих вчерашних товарищей по несчастью.
А в случае смирения человек, понимая своё невысокое положение в обществе, вместо того, чтобы ныть, надеяться на правительство, пытаться бузить или стремиться во власть чтоб не быть "тварью дрожащею", просто ставит цель, расписывает план, и идёт по плану к этой цели. И, рано или поздно он добьётся того, что люди перестанут считать его ни пойми кем, а будут уважать за реальные дела и ощутимые достижения.
В отличие от трёх предыдущих "русских вопросов" девятнадцатого века, "четвёртый русский вопрос" не порождает демагогию, а ставит перед каждым из нас выбор: либо плыть по течению, либо найти свою цель, идти к ней, постепенно превращаясь из терпилы, желающего того, чего он не заслужил, в человека.
Кстати, "Четвёртый русский вопрос" делает сознание русских людей "объёмным". Почему? Да потому что четыре точки образуют тетраэдр - простейшее стереометрическое тело. А предыдущие три извечные русские вопроса могли образовать лишь треугольник, что делало сознание наших людей "плоским".
Вот такие вот выводы из очередного громкого митинга оппозиции.