Было это холодной зимой 1991 года, не далеко от станции Тюра Там, славного города Ленинск, он же космодром Байконур.
Утром в собачий холод, офицеры медленно тянулись пешком в назначенное приказом по части 51561, место в городе для отправления желтого автобуса под именем Пазик. Собрались, ждём, отворачиваем морду лица от жуткого Казахстанского ветра со снегом, градусов 35 было ниже нуля по Цельсию, это для тех кто в школе учился и знает старину Цельсия.
Стоим ждём, начали трезветь, потом, замерзать, и минут через 20, заморозив все, что можно, поняли, что пазик ночью не тарахтел будучи заведённым, сжирая советский бензин, который в красной армии был бесплатным как вода из крана. Мимо нас красиво улыбаясь с надписью на мордотабле,,, ну что стоите и ждёте??, проехала комбатовозка и радостным таким комбатом, что ему тепло и он движется по азимуту или хрен известному маршруту водителю оленеводу Бельдыеву, в сторону части. И мы молча побрели, задрав воротники бушлатов, опустив ухи на шапках с красиво завязанными бантики а ля как в школе на кедах. Шли минут 45-60 пробираясь через заборы, буераки, действующие пути, и другие воинские части. Ну не долго так, и когда уже обмороженные присыпленные снежком и ветром, преодолевали все тяготы и лишения воинской службы, пришлепали к воротам части, сразу сработали автоматические открыватели ворот в виде левого и правого узбека, которые прилипли руками с белым инеем воротам. Мы зашли, понимая, что все Воины славной части уже заканчивают хавать в столовой. Мы все так же медленно проходили мимо штаба, где стоял грозный комбат, закончивший ПТУ и 3 коридора с шоколадной медалью, по фамилии майор Гончаренко. Он падла так улыбался, как будто ему в галифе на 3 размера больше его тощей талии и ножек, чесал яйца зампотех майор прихвостень Процкив. Комбат увидев медленно плетущихся отморозков выбрал хитрым взглядом командира 4 роты лейтенанта Саню Тараскина и стал кричать в сторону плаца, такие слова: Вот, смаааарите как идёт лейтенант,,,воротник поднял, шапку опустил, а я в его возрасте и звании, на Баме, в лютые бамовские морозы, в хромовых сапогах, и одной шинели, на трассе пути строил, и ничего, ещё и тут теперь стою и всех вижу!
Саня и другие офицеры совсем даже не повернули шею лица, так же медленно плелись в сторону своих казарм, как бредут коровы с пастбища, типа роем, все услышали голос Сани: «ну вот, ты там на баме отморозил себе мозги с яйцами такой дурак и остался, что тут теперь командуешь... со ступенек штаба». Из офицерской толпы разжался одобрительный громо-смех.
Комбат начал бегать по ступенькам влево, вправо, ну как когда муравьи кусают опу, и скрылся в дверях штаба.
Были и еще несколько дурных высказываний комбата, если соберусь с мыслями про них тоже напишу.
Так весело начался один день службы, в те древние советские времена начала 90х.
Всем однополчанам в.ч. 51561 большой привет. В целях конспирации, дабы не обидеть хороших людей некоторые фамилии изменены, и ни кто из офицеров не пострадал.
Тимофей Туров