– Что скажешь? – спросил Серёжа, заметив, что я дочитала и просто смотрю на бумажку.
– Скажу, что это полнейшая чушь человека, который очень устал от жизни, устал работать, устал терять любимых людей, устал быть несчастным, устал искать покой и радость, чушь человека, который просто коротает свою жизнь в жалкой квартирке! Это бред. Полный бред, – ответила я.
Но Сергей был таким человеком, который видит закономерности даже там, где их нет. Он из тех людей, которые читали про все религии и, сами того не ведая, верят во всё. Читая библию, он делал какие-то пометки на полях, да и вообще у него много древних ветхих книг, где он ищет местонахождение всяких старинных штуковин. Он работает в музее и ухаживает за старинным хламом. Его всегда тянули к себе тайны, а, как известно, древность и тайны прекрасно шагают под руку. Серёжа в целом странный человек. Не удивительно, что мы друзья. Надо ли думать, как его заинтересовало то, что произошло.
– Люди так не бредят. То, что с тобой произошло, это словно Божье откровение! Ты обязана хотя бы попытаться,– не унимался Сергей.
– «Божье откровение». Нет никаких Богов. Если верить хотя бы в одного, то можно обидеть сотни других.
– Приехали. Вылезай, философ.
Мы пошли ко мне домой. Сергей бегал по квартире и ухаживал за мной.
– Завтра с утра я заеду за тобой, и мы поедем в парк.
– Зачем? Какой еще парк?
– В тот самый парк, в котором растет то самое дерево! – удивленно воскликнул Серёжа, – хорошо, что центральный парк единственный в городе.
– Теперь ты бредишь?! Никуда я не поеду. Я просто устала. Очень устала, если ты не помнишь, сегодня я хоронила отца, - ответила я.
Да, я его не знала, но от моего сердца словно оторвали очередную часть меня. Теперь я стала какая-то не целая, понимаете? Мне очень больно и пусто внутри.
– Парк то единственный, а деревьев много. Тем более на твоем клочке блокнота не написано, как найти то самое дерево.
– Но тебе что-то ответило, ты знаешь, где оно, – парировал Сергей.
– Ты сумасшедший.
– Наверное, это я больше часа лежал в лихорадке и нёс чушь, – вновь парировал Сергей, – я буду в девять, спокойной ночи.
Он это серьёзно?
Как бы то ни было, в 9 утра, наш пунктуальный Серёжа, уже ломился в мой дом. Я открыла дверь и увидела археолога – расхитителя гробниц 18 века. Большой зеленый рюкзак, панама, легкая зеленая куртка, бежевые штаны, в руках лопата, на ремне висел нож, фляга и фонарь.
– Ну а что?! Наконец-то представился случай надеть мою новую экипировку, — промямлил Сергей.
– У тебя все дома? Ты еще бы съестных припасов набрал на неделю! Мы просто едем в центральный парк на прогулку.
Серёжа развязал рюкзак и показал сумку с едой.
– Тут, конечно, не на неделю, но на три дня хватит, а, учитывая, сколько ты ешь, то на все пять, – победоносно восторжествовал Сергей.
– Проходи, турист, – едва сдерживая смех, ответила я, – Подожди немного, я еще не была в душе и не завтракала.
Когда я выбралась из душа, то меня ждал фуршет из тушенки, сухарей, которые Сергей, вчера видимо, всю ночь сушил, кофе и несколько конфет.
– Зря тушенку открыл, Сережа Крофт, – ухмыльнулась я, уминая конфетку с чашкой кофе, – мне и этого хватит.
– А ты конфету то на место положи, это я всё себе организовал! – выкрутился Сергей и, похрустывая сухарями, принялся за тушенку.
– Ну-ну, – улыбнулась я, – Всё, я одеваться.
Из-за неутомимого археолога, я чувствовала себя на секретном задании по раскопке артефактов цивилизации Майя, хотя, если задуматься, то всё это выглядит очень странно.
Мы сели в машину, погода стояла чудесная, казалось, осень прощается с городом и дарит последнее тепло. Высокое-высокое голубое небо без облаков, отсутствие ветра и хорошее настроение обещали прекрасную прогулку мне и величайшее открытие двадцать первого века Серёже.
– Как дела? – спросил мой напарник в камуфляже.
– Как будто вчера ничего не было, чувствую себя превосходно, – разглядывая дома и пешеходов, ответила я, – а у тебя?
– А я чувствую, что все идёт своим чередом. Это ощущение меня никогда не подводило. Я часто точно знал, где надо копать на раскопках, чтобы что-то найти.
– Только ради тебя поехала. Кто-то же должен присмотреть за тобой, – улыбнулась я.
А вот и центральный парк. Людей кругом было мало, все-таки утро, рабочий день. Как только мы начали подходить к пруду, мне внезапно стало плохо. В глазах потемнело, голова закружилась и я растворилась в боли.
– Дерево, в которое ударила молния. Ищи дерево, в которое ударила молния, – сказал эхом голос внутри моей головы так, словно говорящий находился совсем рядом со мной.
Потихоньку я началу приходить в себя. Перепуганный до смерти Серёжа сидел рядом со мной.
Он одинок так же, как и я. Трудно представить, как ему страшно потерять единственного друга.
– Ты села на землю и говорила одну и ту же фразу на другом языке два раза. Это был латинский язык, я знаю одно слово из того, что ты говорила: «fulgur», – сделал паузу Серёжа, – переводится, как молния! Как ты себя чувствуешь? Поехали домой, хватит на сегодня.
– Мне уже лучше. Никуда мы не поедем, это для тебя очень важно, я же знаю, – тихонько сказала я.
– Ты уверена? – спросил Серёжа с надеждой.
– Да, я себя действительно хорошо чувствую.
– Тогда пошли. Молния. Молния, – повторял Сергей, – Чтобы это могло значить?
Сергей пытался понять смысл единственного слова, которое он разобрал.
– Может быть, нам нужно искать дерево, в которое ударила молния? – предположила я.
– Точно! Гениально! – Сергей искренне восхитился моей догадкой, – я знаю одно такое дерево, но оно уже не растет, оно лежит на земле уже очень давно. Когда я был ребенком, оно уже лежало сваленное много лет назад, судя по виду.
Я поняла, о каком дереве он говорит. Мы с моей мамой часто там гуляли, у меня даже есть фотография, где я сижу на стволе этого великана, а моя мама стоит рядом.
Мы быстро добрались до него, но терпеливый и усердный Сергей не торопился приниматься за лопату. Он обошел дерево, изучил его со всех сторон, тщательно рассмотрел основание ствола и землю, корневую систему дерева и только после этого вполне вдумчиво сказал:
– Действительно, в него когда-то ударила молния. Я не обнаружил ни знаков, ни отверстий на дереве, значит кольцо зарыто под землей.
Продолжение следует.