Этот человек был тройным агентом, который был завербован в своё время сначала Военно-разведывательным агентством правительства Югославии, а затем британской разведкой Ми-6 и абвером. Звали его Душан Попов (Душко Попов). В годы Второй мировой войны он помогал антигитлеровской коалиции, передавая в рамках так называемой «системы двойного креста» дезинформацию немецким разведчикам и работая в югославском правительстве в изгнании. У Душана было несколько псевдонимов: в документах югославской разведки он проходил как «Душко», в документах абвера — «Иван», в документах Mи-6 — «Трицикл». Будущей агент родился в богатой семье и к началу Второй мировой войны получил профессию юриста. В 1940 году он был внедрён в абвер, будучи при этом ярым противником нацизма. Высокий, харизматичный и уверенный в себе югославский адвокат успешно трудился на Ми-6 во время всей Второй мировой войны. Душан свободно говорил по-немецки и сотрудничал с немецкими спецслужбами, при этом ненавидел Гитлера. Британская разведка не сразу поверила Душану, и, чтобы завоевать их расположение, он выдал двойного агента - немецкого офицера Иоганна Йебсена. Наставником Душана стал Ким Филби, руководитель резидентуры Mи-6 в Португалии. В Лиссабон на протяжении почти всей войны из Англии выполнялись регулярные гражданские рейсы. Душко использовал свою адвокатскую деятельность в качестве прикрытия, чтобы сообщать своим связным из абвера в Португалии нужную немцам информацию, но именно ту, которую ему предварительно давали агенты Ми-6. Немцы не могли ставить под сомнения деятельность Попова и были довольны тем, что он предоставлял им. Вне разведывательной работы Душан был известен как азартный игрок и бабник: среди женщин, с которыми он встречался, была и французская актриса Симона Симон. По одной версии, британцы прозвали его «трёхколесным велосипедом» за то, что он руководил группой из трёх двойных агентов, а по другой версии — из-за «чрезмерной любвеобильности» Душана, так как последний имел склонность к групповому сексу, особенно сразу с тремя женщинами.
Захват Югославии в 1941 году привёл к тому, что прикрытие Попова как югославского бизнесмена и адвоката уже было бессмысленным. После этого Душан по заданию абвера направился в США для создания шпионской сети в рамках операции «Боливар». Однако там ничего не сделал из задания абвера, а деньги выданные ему на операцию, попросту растратил. В США он вышел на директора ФБР и объяснил, с какой целью прибыл в США, также он предупредил агентов ФБР о готовящемся нападении на Перл-Харбор. Однако директор ФБР проигнорировал это и не стал предпринимать каких либо действий. Попов считал, что директор ФБР ему не доверял и относился с презрением на основании неприемлемого поведения Попова — тот не нашёл ни одного шпиона Вермахта на территории Северной Америке. В своей работе Душан общался при помощи невидимых чернил и разработанных им лично кодировок. Он обучался у агента Карстова приёмам маскировки, тайнописи, работе со скрытыми камерами и кодированию сообщений, но при этом не боялся пользоваться служебным положением, отправляя сообщения через секретаршу Карстова и тайно встречаясь с ней. Считается, что главной работой Душана стала поставка дезинформации Вермахту в ходе подготовки к операции «Нептун»: он внушил абверу, что антигитлеровская коалиция будет совершать высадку морского десанта в Кале, а не в Нормандии. В совокупности с работой аналитиков Блетчли-парка и взлома шифра машины «Лоренц» это помогло союзникам оттянуть силы Третьего рейха из Нормандии в другие части Франции. Помимо поставки дезинформации немцам, Попов сумел обеспечить «псевдопобег» 160 югославских чиновников в Лондон через французскую территорию: во время пути через Францию в группу внедрились немецкие шпионы, а когда они очутились в проливе Гибралтара то он сумел добиться того, чтобы они стали агентами британцев. После войны Попов обосновался на юге Франции и отошёл от дел. При этом на протяжении всей карьеры, его родственники не подозревали чем занимается Душан, и лишь после публикации автобиографии «Разведчик / Контрразведчик» им стало известно кем был их любимый Душко. Многие моменты автобиографии нашли своё отражение даже в романах о Джеймсе Бонде британского писателя Яна Флеминга.
Спасибо, что зашел на канал мой дорогой читатель. Я старался для тебя, отблагодари подпиской: zen.yandex.ru/istorika