На 4 день после родов меня уже можно было выписывать, но заведующая родильным позволила остаться, чтобы ходить к дочке в реанимацию. Зав. реанимации разрешила пару посещений в день. А в кардиохирургию Таську должны были забрать только в среду - раньше никак.
В понедельник вечером меня первый раз пустили в реанимацию роддома. Разрешили подержать и покормить дочку из бутылочки, грудь нельзя - чтобы она не напрягалась от сосания.
Тасюшка покушала и задремала у меня на руках. Я сидела на какой-то неудобной табуретке и боялась пошевелиться, чтобы не разбудить её.
Заметила большого ночного мотылька на окне (всегда боялась до них дотронуться) и словила себя на мысли, что "только попробуй, дрянь, подлететь к моему ребенку - раздавлю!".
Глупо, конечно, - мотылек не страшен и не навредит, но так я впервые почувствовала, что могу переступить через свои фобии ради своего ребенка.
Во вторник мне уже не позволили взять её на руки (она "загорала" под синим светом от желтушки), но разрешили покормить. Сказали принести одежду, чтобы было в чём отправлять в Минск.
Таська была вялая и кушала плохо.
Сейчас уже точно и не вспомню - поставили ей в носик зонд для кормления в реанимации роддома или уже в кардио? Ну да это и не важно.
В среду 1 августа лишь немного постояла рядом с ней и меня отправили из реанимации - приехала машина и врач из кардиохирургии.
Снова разговор с заведующей реанимации: дали телефоны реанимации кардиоцентра и сказали звонить после обеда - когда её довезут, примут и сделают узи их специалисты.
Ещё пара часов на сборы и выписку - и я вышла из роддома. Одна. Муж встречал тоже один. Родственников попросила не приходить.
Следующая заметка: О ранней диагностике ВПС.
Предыдущая заметка: Гипоплазия левых отделов сердца.
Начало истории о Девочке которой нет.