Вылет нашего самолёта из Парижа в Афины задерживался, а моему собеседнику очень хотелось поболтать со случайным попутчиком, говорящим по-русски. Уже несколько лет он безвылазно проживал в небольшом французском провинциальном городке, немногочисленные жители которого говорили только на родном языке Александра Дюма.
Его история показалась мне не вполне правдоподобной, как и романы великого писателя, но для возражений у меня не нашлось достойных аргументов. Поэтому излагаю её в том варианте, как услышал.
Что может быть лучше французской кухни?
Луковый суп, рокфор, круассаны, фуа-гра, улитки, трюфели, профитроли. Только от одного вида этих слов начинает кружиться голова. А как вам лягушачьи лапки с красным вином и хрустящим багетом? Без этого во Франции не прожить.
Что может быть лучше французской провинции?
Маленькие городки и деревни, которые здесь называют коммунами. Чистые речки меж зелёных холмов, поля и виноградники. Каменные дома и горбатые мостики, которые помнят ещё римских легионеров.
Один из самых замечательных провинциальных французских городков — Жожак, что расположен в регионе Рона – Альпы, департамент Ардеш. Здесь есть и каменный мостик, и домики с деревянными ставнями, и речка среди камней.
Городок не избалован вниманием. Здесь мало туристов, всего одна гостиница и около тысячи постоянных жителей. До Парижа — 500 км, до Лиона — 135 км. По европейским меркам — полная глухомань.
Но один раз в году жизнь тихого городка кардинально меняется. Начинается «Ночь большой охоты». Это всегда происходит во время районного фестиваля народной культуры.
С давних времён местные жители увлекаются охотой. Причём охотятся они не по-деревенски — с ружьями или капканами, а благородно, — подражая французским королям, — с луками и стрелами. В городке даже существует стрелковый клуб, который так и называется Les Archers de Jaujac (Лучники Жожака).
Оленей и кабанов в окрестностях городка давным-давно уже нет, но стрелки не отчаиваются. Они показывают своё мастерство в охоте на… лягушек.
Посетители элитных парижских ресторанов, заказывая лягушачьи лапки, не знают, что едят обычную съедобную лягушку (Pelophylaxkl. Esculentus). Биологически она является гибридом озёрной и прудовой лягушки и имеет длину тела 8-12 см.
В то же время в популярном городском кафе «Папаша Гренуль» при вас на вертеле целиком зажарят местного гиганта — жожакскую лягушку, некоторые особи которой достигают размеров в два и даже в три раза больше. В естественной среде жожачки также превосходят парижанок: они быстро бегают и могут прыгать на 4 метра в длину, что делает их интересной добычей для охотников.
Но самая необычная особенность местных лягушек — пути сезонной миграции.
Перемещение большого количества земноводных одновременно с места на место — явление в природе не удивительное, и давно изучено. Например, у нас в Белоруссии на автомагистралях даже ставят специальные дорожные знаки.
Но жожакские лягушки — особенные.
В отличие от своих белорусских сестёр (и братьев) они не просто пересекают дороги поперёк, а прыгают непосредственно вдоль них. Каким-то необъяснимым образом природа распорядилась так, что путь их миграции пролегает прямо через город Жожак.
Лягушки, как Афродиты, выходят на берег из безымянного пенистого притока реки Ардеш. Потом длинной вереницей друг за другом бегут по булыжной мостовой через центр города и в конце пути ныряют в другую речку, за городской чертой, на севере.
Исход лягушек происходит всегда после захода солнца, с наступлением темноты.
Накануне перед обедом бессменный мэр городка Жожак господин Рене Солельяк своим указом объявляет следующий день выходным, назначает ответственных наблюдателей и запрещает горожанам ближайшей ночью включать свет и охотиться в черте города.
Стрелять в лягушек разрешается только в конце пути, когда они пересекут городскую границу. Кроме того, местные охотники свято уважают вековую традицию:
Бить лягушку можно только влёт, подсвечивая себе самодельным факелом.
Дичь, добытая на земле, в зачёт трофеев не идёт и считается позорной.
В начале XXI века в городке появилась новая традиция, которая стала интересным туристическим арт-объектом. Завёл её художник Гаэль Виллюдари (Gaëlle Villedary) из Марселя. Он устроил для торжественного прохода лягушек «Красную дорожку» («Tapis rouge»), как на кинофестивале в Каннах. И также как там, ночью рядом с ковровой дорожкой толпятся восторженные зрители.
По сравнению с каннской жожакская дорожка имеет несколько отличий. Она значительно длиннее — 420 метров. Сделана из 168 рулонов газонной травы. И, наконец, она… не красная, а зелёная.
Лягушки относятся к исчезающему виду, и на зелёной траве их не видно. Таким оригинальным способом художник заявил своё отношение к охране природы.
Через несколько дней, когда трава на дорожке засохнет и пожелтеет, её торжественно скатывают и отдают окрестным фермерам, на корм не менее знаменитым жожакским овцам и козам.