Найти в Дзене
ПЕТЕРБУРГСКИЙ РОМАН

ПЕТЕРБУРГСКИЙ РОМАН. Главное для меня в этой жизни – «raison d'etre». 1.

От автора. История, случившаяся не так давно в Петербурге, повлияв на судьбы многих людей, широкой публикой замечена не была, а жаль – по своей характерности для нашего безумного времени она вполне того заслуживала. Впрочем, оттого и не заметили, что была слишком характерна. Об убийстве, правда, местные газеты опубликовали два-три сообщения в десяток строк под рубрикой городских происшествий, да те как-то затерялись среди бесчисленных описаний краж и пьяных поджогов. Мне пришлось стать невольным очевидцем происходящего и даже принимать в некоторых событиях косвенное участие. Думаю, как свидетель имею веское моральное право рассказать эту историю вам. Для чего это делаю – сам толком не знаю. Для собственного развлечения, наверное. Но есть и желание представить предмет для размышлений какому-нибудь исследователю нравов – хоть у него, надеюсь, достанет сил осмыслить всё, что складывается вокруг нас, и складывается, причём, нашими усилиями; сам же я ничего понять не могу. Честно говоря

От автора.

История, случившаяся не так давно в Петербурге, повлияв на судьбы многих людей, широкой публикой замечена не была, а жаль – по своей характерности для нашего безумного времени она вполне того заслуживала. Впрочем, оттого и не заметили, что была слишком характерна. Об убийстве, правда, местные газеты опубликовали два-три сообщения в десяток строк под рубрикой городских происшествий, да те как-то затерялись среди бесчисленных описаний краж и пьяных поджогов.

Мне пришлось стать невольным очевидцем происходящего и даже принимать в некоторых событиях косвенное участие. Думаю, как свидетель имею веское моральное право рассказать эту историю вам. Для чего это делаю – сам толком не знаю. Для собственного развлечения, наверное. Но есть и желание представить предмет для размышлений какому-нибудь исследователю нравов – хоть у него, надеюсь, достанет сил осмыслить всё, что складывается вокруг нас, и складывается, причём, нашими усилиями; сам же я ничего понять не могу.

Честно говоря, немного совестно передавать этот роман на суд публики, а значит, и критиков – в нём, увы, нет ни фантомов-двойников; ни вывороченного наизнанку пространства, эпатажно просеянного зубцами ненормативной лексики. Я адвокат, а не писатель и, вдобавок ко всему, по убеждениям традиционалист; главное для меня в этой жизни – «raison d'etre», всё же формы аутических самолюбований с удовольствием оставляю прилежно сумасшествующим постмодернистам. В конце концов, каждому – своё.

Продолжение - здесь.

ОГЛАВЛЕНИЕ.