Эту мысль я вычитал в третьей главе толкинского «Хоббита» и задумался.
Если процитировать, звучит она так:
Как ни странно, о днях безмятежного покоя и отдыха , о приятном времяпрепровождении — словом, обо всем хорошем скучновато рассказывать и скучновато слушать; вот если происходит что-нибудь неприятное или плохое, из этого можно состряпать отличную историю, которую всегда будут принимать на «ура».
Автор прав, мы любим плохие новости. Можно, конечно, показать пальцем в сторону СМИ. Мол, это они нас научили. Увы, нет. Они, как раз наоборот, кормят нас тем, что мы сами хотим слышать и видеть.
Есть у меня родственница, с которой мы часто видимся, сидим, выпиваем. Нам всегда есть что друг другу рассказать. И кажется, что если жизнь у нее не сахар (куча долгов по кредитам, пьющий сын, вечный ремонт), наверное, при встрече с близкими надо бы поговорит о чем-то хорошем.
Но нет. Она очень быстро с хороших тем переключается на то, кто кого убил и расчленил, кто кого выбросил с десятого этажа, кто чей дом поджог, ушёл на войну и не вернулся. Не знаю как у вас, а у нас с родственниками принято весь вечер кошмарить друг друга страшными рассказами.
Зачем нам это надо? Разве нет хороших новостей? Разве мы не можем рассказать друг другу о том, кто выздоровел, благополучно вернулся из дальней поездки, здоровым родился, поднялся по службе? Можем. Но зачем? Это, во-первых, «скучновато», а во-вторых, вдруг еще завидовать начнут.
Нет, уж лучше мы поговорим о том, как двое знакомых братьев годами не общаются, потому что не смогли поделить родительскую квартиру. Или поговорим о том, как одного из нас в студенчестве чуть не зарезали. При этом вспомним все в деталях, даже немного приврём для остроты.
Мы как будто жалеем, что бандиты нас в студенчестве только хотели зарезать, но не довели дело до конца. Мы как будто постоянно ждем звонка с плохой новостью. Мы существует в постоянной тревоге. Мы не умеем радоваться.
Мы действительно не умеем радоваться. Когда у кого-то всё относительно хорошо, он старается об этом не говорить. Как бы не сглазить. Зато уж если умерла канарейка или у хомячка завелись глисты, надо объявить траур на всю улицу.
Что? Не так разве?
Разве вы близким при встрече не сообщаете первым делом, кто сел в тюрьму? Если, конечно, такое обстоятельство есть в списке новостей. Не вспоминаете сбитые самолёты и утонувшие подводные лодки? Разве вы не испытываете потребности огорчаться и огорчать других?
Нуждаясь в отрицательных эмоциях, люди находят причину огорчиться даже тогда, когда повода, по сути, нет. А если не получается найти такую причину, ее необходимо срочно создать. Например, на ровном месте разругаться с детьми или родителями, заподозрить друзей в сплетнях и так далее.
Нет, можно жить нормально. Стремиться к тишине, тихо радоваться за себя и окружающих, искать причины и поводы для светлых поступков и добрых слов. Только зачем? Это же скучно. Гораздо интереснее издёргаться до морщин и седых волос, а потом оставшиеся дни пить успокоительное.