Ленин и метчик
Однажды Владимиру Ильичу Ульянову стало необходимо нарезать резьбу в одной протертой дырке. Говоря техническим языком, нам нужно было бы употребить слово "отверстие", да. Но это была именно дырка, потому что Владимир Ильич был юристом, а не инженером или сыном плотника.
И можно было бы плюнуть на это отверстие - и дело с концом. Но это была очень нужная в хозяйстве дырка, а болт в ней никак не хотел держаться. Резьба поизносилась, понимаете ли.
И вот, в очередной неудавшейся попытке закрепить болт в отверстии, Вова задумался над смыслом жизни. Он думал так: "Ну, допустим, что у меня есть совершенно новая дырка. И пусть даже не китайского производства, а лучшая в мире дырка от Фердинанда Порше. Что это поменяет?"
Нам надо сказать, что к тому моменту он еще не был вождем и даже не собирался им становиться. Нет, он, конечно, мечтал в свое время, как все мальчишки, начитавшиеся в детстве приключенческих романов про индейцев, надеть на голову перья и побегать по американскому бездорожью, поохотиться на зайцев и бледнолицых. Но сансара провела его совсем другим путем. Ему просто таки не суждено было стать вождем краснокожих... Хотя мечта такая была, как не крути.
"Что это поменяет?" - Думал Вова и продолжал безуспешно вкручивать болт в разболтанную дырку. - "С точки зрения марксизма-материализма, бытие является первичным по отношению к сознанию. Т.е. мое страдающее сознание страдает сейчас именно из-за того, что этот гребаный болт никак не держится. С другой стороны, если я просто забью на болт... Ха-ха, каламбур! То мое сознание изменится. Болт будет все так же не закручен. А я просто возьму удочки и пойду на рыбалку... Но смогу ли я спокойно ловить пескарей, зная, что у меня в хозяйстве раздолбанная дырка и не закрученный болт... или это винт?" - Вова опустил руки и присел на корточки, заглядывая в дырку, в надежде обнаружить там хоть немного шансов на конец издевательства над подающим надежды юристом. - "Вот он, момент выбора! Как поразительно! Материя порождает сознание, которое может делать выбор между тем, как этой материей распоряжаться... Обратная связь!"
В этот момент дворник Степан увидел, как будущий его товарищ чего-то возится возле гаража и подошел к нему:
-- Владимир Ильич, ваше благородие! Да ведь здесь нужен метчик. Вам надо нарезать новую резьбу, чуть шире диаметром и взять болт на размер больше.
Володя посмотрел на дворника прищуриваясь, и сказал:
-- Скажи, отец, ты как мыслишь на предмет свободной воли? Есть у тебя воля или нет?
Дворник посмотрел по сторонам, словно ища волю в окружающем пространстве:
-- Да откуда воля-то? Одна неволя только. - Степан наклонился, посмотрел в дырку и продолжил:
-- Родился, попомучался от нужды да от болезней, и умер. Где же воля?
-- Нет. Ты давай конкретно рассуждай, диалектически. Вот, скажем, ежели я сейчас не пойду искать этот вот... как ты сказал? - Он пощелкал пальцами возле глаз Степана.
-- Метчик.
-- Во! Если я не пойду искать его, чтобы устроить как положено, а просто возьму удочки и пойду на рыбалку. Это же будет мой свободный выбор, или это некая судьба?
Степан почесал пузо и ответил:
-- Воля ваша, батюшка. У вас поди и червонцы имеется на новую дырку-то! Ежели думаете над тем, пойти на рыбалку или остаться починять - то стало быть существует у вас воля. Вот если бы моя сломалась - я бы и не задумывался. Куда уж тут думать? И с дыркой тяжело, а без дырки - совсем пропасть. И пошел бы ваш почтенный слуга к немцу Ивану Дрбулщилу за метчиком. Где уж тут выбор?
-- Согласен, дружок, ох как согласен! Но давай мы усложним задачу. Вот представь, будто вся Российская Империя принадлежит таким же простым мужикам, как ты. И ты смог бы выбирать. Не то, что сейчас!.. И представь, будто не нужно денег даже! Захотел - на одну работу пошел, не захотел - все равно на работу пошел... Ой, ну в смысле на другую там работу пошел... В общем, представь, что много у тебя есть разных возможностей и ты совсем не ограничен.
-- Как Царь-батюшка?
-- Ну, пусть как царь, да!
Степа задумался. Он почему-то сразу представил себе, словно одна голая женщина с высокой прической, как у модной мадамы, мажет икру на свежий хрустящий хлеб. Другая же (не менее обнаженная) нарезает ломтиками какую-то заморскую фрукту...
-- Ну что? Представил?
-- Погодите, ваше благородие. - Перебил барина Степан, испугавшись, что эта красочная картина тот же час растворится в небытии. Он закрыл глаза, в надежде увидеть продолжение мероприятия. Но к его возмущению, в мечте появилась его баба и стала гоняться за мадамами с огромным метчиком наперевес.
-- Тьфу ты! - Сказал Степан. - Все равно нет выбора, Владимир Ильич! Мы, в некотором роде, рабы обстоятельств. Думается мне, что даже Царь-батюшка не волен сделать выбор.
-- Ну как же? Как же, милый мой? - Не унимался Вова. - Ведь сам же говорил, что выбора нет у тебя только по причине малых возможностей. Разве наличие огромных возможностей не дает воли?
-- Никак нет, не дает. Мы просто выберем наилучшее из возможного, если позволят обстоятельства. Ежели обстоятельства поменяются, - здесь у него перед глазами снова всплыла его угрюмая баба, смотрящая то на него, то на громадный метчик в своих руках, - то ведь и наилучшая возможность сразу станет другой.
Володя задумался. "Каким образом столь великие мысли могут зародиться в голове обыкновенного дворника? Ведь это уму не постижимо! Вопрос, над которым Фихте пыхтел годами и так и не допыхтел, столь просто решается дворником Степаном. Возможности - это лишь потенциальный выбор, находящийся в идеальном. Обстоятельства же - это то, что есть прямо сейчас. И прямо сейчас они требуют от нас наилучшего выбора."
Вова взял за руку дворника и потряс ее с почтением:
-- Спасибо, Степан. Ступай с богом.
Степа ушел по своим делам, а Володя потрогал свою, еще не выросшую бородку, и продолжал думать: "Таким образом решается дихотомия материи и сознания. Возможности выбора всегда находятся в уме, их не существует в объективном мире. Обстоятельства же - материальны. Они руководят нашим выбором."
Володя еще раз посмотрел на дырку и удивился: "Неужели я, как и писал Ламетри, всего-навсего машина, автомат? Вот я стою и думаю. И кажется мне, будто у меня есть выбор: плюнуть на все и пойти на рыбалку, или же заняться починкой. Выбор словно есть. Но почему же я не могу выбрать?.. Не созрели обстоятельства?" - Он сходил в гараж, вытащил оттуда раскладной стул и сел на него, продолжая размышления: "Определенно, я просто жду, когда изменятся обстоятельства и станет отчетливо ясно, что делать. Я просто сижу и жду... Казалось бы - ты свободный человек, не то, что дворник. Вот у тебя есть две возможности. Выбери любую. Но я не могу, потому что одни обстоятельства кричат одно, а другие - другое. Я жду, просто жду, пока что-то не перевесит. Когда у меня есть только так называемый выбор между двумя одинаково удобными возможностями - я ничего не смогу сделать! Мне нужны обстоятельства!"
Он бы даже закурил, если бы обстоятельства тому соответствовали, но они не соответствовали, как вы понимаете.
"Нет, я конечно, не просто сижу и жду. Я думаю, размышляю над этим. Но почему я размышляю? Потому ли, что у меня есть выбор размышлять или нет, - или потому что есть причины, согласно которым я просто не могу не думать?.. Конечно, это думание происходит вне зависимости от моей воли. Есть причины."
Вот он задолбал, да? Своими думаю - не думаю. Но что поделать? Судьба целой эпохи решалась именно в этот момент. Поэтому нам надо потерпеть и продолжить наблюдение за рассуждениями. К тому же, только что одна очень интересная догадка посетила нашего персонажа:
"А не является ли эта способность к думанию у человека эдаким эволюционным приобретением природы? Как тебе такое, Фридрих Энгельс? Ведь когда животное имеет выбор при равных обстоятельствах, оно просто ждет изменения мира, в то время как у нас, людей, эти обстоятельства запускают механизм мышления. Мы не просто ждем, когда мир поменяет обстоятельства и сделает их более очевидными - мы взвешиваем уже имеющиеся обстоятельства, приближаясь к выбору наилучшей возможности. Мы думаем лишь для того, чтобы обстоятельства стали более очевидны. Мы никогда не выбираем из чистого разума. Неужто Кант прав?"
Володя посмотрел на дырку:
"Впрочем, странно... Я думаю сейчас вовсе не о том, что есть, а залез уже в дебри философии. Честно! Ведь мне просто не хочется идти за этим, как его..." - он мысленно пощелкал пальцами перед носом Степана, и вспомнил, - "метчиком, мать его, - вот я и сижу тут, философствую, прокрастинирую. Между тем, нужно действовать! Нужно создавать обстоятельства самому! Вот пойду за метчиком и нарежу здесь эту, как ее... Резьбу!"
И он встал и пошел и взял у Ивана Дрбулщила метчик и нарезал резьбу. И люди назвали его вождем, и он повел за собой весь трудовой народ, всех дворников, у которых никогда не было возможности выбора, не говоря уж про обстоятельства. И они создавали революционные обстоятельства там, где их не было, чтобы скорее подтолкнуть серп и молот на борьбу с отсутствием выбора. И закрутилось, и завертелось! И война, и расстрелы и ранение и предательства и злая болезнь!
Вот так простой юрист был удостоен права лечь в мавзолей. Но умирал он, с мыслью: "разтригребанный ты метчик со своим Степаном душу мать!"...
А в какой-то другой вселенной, точно такой же как наша, точно такой же Володя почему-то не подскочил и не побежал за метчиком, а продолжал размышлять: "...Между тем, нужно действовать! Нужно создавать обстоятельства самому! Вот пойду за метчиком и нарежу здесь эту, как ее... Резьбу!.. Стоп!" - Странная мысль посетила его. - " Что сейчас произошло? Неужели поменялись обстоятельства? Или это я сделал выбор?.. Так-так-так... Ага! Ко мне пришла мысль о необходимости действия, я никак не рождал ее. Она пришла, просто пришла... Вдруг пришла мысль, что надо действовать. Удивительно! Снова-таки этот Я не при делах. Ай-да Степа! Интересненькое дело. Зачем же вообще нужен вот этот Я, если я ничегошеньки не выбираю, не делаю сам по себе? Мысль действовать просто пришла, потому что поменялись неведомые обстоятельства... Может это пироги утренние переварились? Или даже вот эта тряпка под ногами вдруг попалась на глаза и так изменила положение дел?"
Он на мгновение перестал думать и в его душе проснулось некое знакомое чувство, словно из далекого детства... И вдруг, необыкновенная радость охватила Володю. Мир заиграл новыми красками. Он смотрел вокруг себя и словно видел себя во всём сразу. Этот гараж, какие-то дети в далеке, грязная тряпка под ногами, поломанная дырка и ржавый болт в руке были не чем-то отдельным и чужим, а таким живым, таким новым, таким чудесным и родным.
Он просидел полчаса или час. Когда ощущение начало спадать, он подумал: "Какая радость, однако! Как это удивительно! Не имея никакой возможности действовать от себя, я свободен от всякой необходимости выбирать! Какая разница, что я выберу, если выберу не я?" - Он подскочил со стула и чуть не пустился в пляс. - "Я свободен!" - Крикнул он - "Это какое-то необыкновенное, замечательное, архиважное и архинужное открытие! Я просто есть и мне не нужно ничего для этого делать!"
-- Я ЖЕ ПРОСТО ЕСТЬ!!! - Кричал он. - Все просто происходит само по себе! Это же надо, в какой глубочайшей иллюзии пребываем мы все! Будто есть хоть что-то, что можно сделать из чистого побуждения! Ай-да Кант! Ай-да Степан! Свобода!
И он сложил стульчик и положил его обратно в гараж. Из угла он достал бамбуковые удочки, поправил поводки где надо, и пошел в дворницкую:
-- Степа! - Он улыбался во все свои калмыкско-русско-еврейско-украинско-немецкие глаза, готовый расцеловать дворника в губы. - Дорогой ты мой человек, а пойдем-ка на рыбалку, а?..
-- Владимир Ильич! А ведь я нашел метчик как раз под вашу дырку. Давайте, что ли, поправим?
-- Да хрен с ним, с метчиком-то! И с дыркой этой заодно! Ты, мой хороший, накопай-ка червячков, будь другом?
...И они пошли на рыбалку. И поймали по нескольку килограммов карасей. И Владимир Ильич рассказывал Степану про гегелевскую диалектику. Да так задорно, так озорно рассказывал, что Степан то и дело вскрикивал:
-- Ах ты! Ну мать! Дела!
На следующий день Степан нарезал для Ильича резьбу в той архиважной дырке и получил за это, ни много ни мало, - целковый рубль.
А Владимир Ильич, по прошествии нескольких лет женился на красивой мадаме и она нарожала ему детей. И прожив счастливую жизнь обыкновенного юриста, он умирал в своей кровати в присутствии детей, внуков и правнуков, и думал: "Какой же замечательный Степан мне попался в свое время! И надо же было нам про метчик этот... да про выбор... как же хорошо, что я умер тогда... и теперь уже совершенно не страшно" ...И похоронили его на обыкновенном кладбище.
И время шло в этих вселенных одинаково. И в конечном итоге, и в нашей и в той вселенной, умер Владимир Ильич. И оба они уже растворились в блаженстве небытия. Но какая же огромная пропасть разделяла эти две вселенные...
...Но это уже другая история...
