На далеком-далеком острове, среди, почти не сглаженных зеленью гор, есть долина. В долину можно подняться по местной тряской дороге, местами красной от глины, местами сплошь застланной длинными кедровыми иглами. В разломе долины неприметный вход, маленький сувенирный киоск и узкая тропинка. Она ведёт к Дереву. Святое Древо, собирающее воду, природное чудо, дающий жизнь всему острову Йерро. Разумеется, оно не одно. Много подобных деревьев забирает влагу из непрерывно образующихся на макушке острова облаков и собирает их в большие резервуары возле корней, как в колодец. Но это Дерево, потомок первого, спасшего людей, погибавших от многомесячно отсутствия дождя. Дерево растёт в круглой нише образовавшейся в скале, на земле мох и опавшие узкие листья, сверху лёгкие облака, края которых завивает, завивает бесконечно ветер. Вне времени, вне реальности, вокруг как сказка Миядзаки и потому, оказавшись здесь во второй раз, я негромко включаю трек «Шестая станция» на специально принесенном планшете и чувствую глубокий покой, какой бывает при идеальном совпадении.
Спустится вниз. В марине ла Рестинья гнездятся дайверы, стены домов расписаны флагами-морским алфавитом, тут мелкий рыбацкий порт, яхтам вставать разве что «у стенки», а на стенке то выложены волны и кораблики. Тут же готовят отличные «лапас» - ракушки-пирамидки с чесноком и петрушкой на специальной плоской сковородке с длинной ручкой, в этой же сковороде их и подают. А после порции лапас нам пора к нулевому меридиану. Когда-то линия от которой по левую и правую стороны отсчитывались воды и твердь, располагалась здесь и не просто так, а по предложению того самого, детского, приключенческого, коварного кардинала Ришелье. На деле же - это ржавая сфера из толстых прутьев вписанная в железный прямоугольник посредине лавового поля, не на скале и не так уж близко к берегу. Смотри вдаль, отсюда на запад тысячи миль воды, тысячи миль ветров.
Но где бы не находился нулевой, в уютном осеннем парке Гринвич под лепестками облетевших роз, или на ребристых, горячих кусках лавы пустынного Йерро, истинный меридиан всегда, всегда проходит сквозь тебя.