Да, баб Нин, я буду послушным монстром, честно, таким, что не стыдно в друзья добавить. Буду носить тебе сумки из «Перекрестка» и обходить за три километра бары. Я завяжу с друзьями и алкоголем и полюблю ток-шоу и сериалы. Ты отвернись, баб Нин, я ужасно голый. Эта стена — она меня доконала. Тем, гардеробным, будет во что одеться, тень под кроватью не видно под слоем пыли.Я заложил кирпичом от вандалов сердце, ночью баллончиком сверху — «они здесь были», можно подумать, что я бы не догадался. Не опереточный дух — домовой барака. Если наметится свадьба, то будут танцы, если закончатся танцы — начнется драка. Рос вместе с домом и, видимо, с ним старею. Да, баб Нин, я фасад свой прикрыл исподним. Если позволишь, я спрячусь за батарею — там ненамного жарче, чем в преисподней. В гости приедут (не бойся) другие монстры, им раскладушку, заварки и чтоб не дуло. Вроде один поручкался с Калиостро, а у другого — какой-то сюрприз из Тулы. Я в предвкушении, лучше б, конечно, пряник, впрочем, неважно — что будет, ну, то и будет. Что ты тут машешь палкой, ей-богу, зря не слушаешь, что говорят тебе страхолюди. Да, баб Нин, я проекция человека. Ты, дорогая, тоже по сути монстр. Видел вчера, как ты штурмом берешь аптеку, как Александр, чтоб его, Македонский. Ты ж, баб Нин, забанена в трех больницах, да и в четвертой взяли на карандаш, но... может, нам выпить — а то ну никак не спится, выпью, завоем — а то ну совсем не страшно. Эй, не сердись, а вдруг ты и правда банши. О, банши Нина — пойду занесу в цитатник. Ты вон с утра проглотила кефир вчерашний — и ничего ведь, гарцуешь, как Медный Всадник. Стоп. Ты ревешь? Баб Нина, ревешь? Белугой? Что тут у нас, котенок, за Ниагара? Сорри, оденусь, ты это... зайди за угол. Кажется, где-то в квартире была гитара. Ты, баб Нина, богиня, ты Дульсинея. Я за тебя — в собес, на костер, на рею. Ты б отвернулась все-таки — я краснею. Что, а теперь ты возьмешь меня к батарее?
Автор: Резная Свирель