Это одна из самых печальных историй о сохранении памяти о декабристах – и просто о судьбе исторического наследия. Итак, Смоленское лютеранское кладбище. Нет-нет, не в Питере, где Ксения Петербуржская. Ровно в Смоленске. Где всегда была большая лютеранская община, всегда была кирха – за века сменилось несколько зданий. И всегда было лютеранское кладбище. Большое кладбище – тут кого только не было. И – например, родители декабриста П. Пестеля и его сестра Софи. У Пестелей имение неподалёку от Смоленска, они периодически наезжают в Смоленск, и семейный склеп у них здесь. Был. Потому что к нашему времени от кладбища не осталось ничего. Даже списка могил или, например, внятных фотографий. Самая ранняя, которую я нашла – вот эта, кладбище уже разрушено, и к тому же, даже и нет гарантии, что тут именно оно. На месте кладбища были построены жилые дома, остатки надгробий валяются как попало. Там, например, совершенно явственная кладбищенская ограда в дворике из нескольких домов. Вот он