Расскажу вам одну из историй которую мне поведал осужденный, уже неоднократно судимый.
Его посадили еще когда он был несовершеннолетним. Тогда у него была страшная боязнь грубых и непреступных стен исправительных учреждений. Суд естественно не нашел снисхождения и, как говорится, впаял по полной. Отсидев свой первый срок, в колонии для несовершеннолетних и освободившись за хорошее поведение раньше срока, этот, уже готовый ЗЕК, вспомнил всему чему его научили в местах не столь отдаленных и, в связи с тем, что даже на бирже труда ему не нашли ни какую работу, пошел на новое преступление, естественно его поймали, так как ему ещё не хватало практики в таких делах. Когда судья оглашала приговор он сказал: «Ваша честь, вы не исправляться меня садите, а учиться новым преступлениям», судья была в недоумении и всё равно огласила свой вердикт. Спустя много лет, а в случае, данного гражданина – судимостей, он уже умел практически все, все что связано с нарушением закона, и стены которых он так боялся ранее стали ему родными, а совершение преступлений для него стало обыденным ремеслом. Естественно он уже довольно взрослый, психология его устроена таким образом, когда граница добра и зла, закладываемая нам в детстве, не то что стерта, её просто нет. Когда он рассказывает о преступлениях, которые он совершал улыбка не спадает с его лица, будь то избиение, грабеж, вымогательство или мошенничество. И здесь я бы хотел вспомнить исконно русскую поговорку "с волками жить ➖ по-волчьи выть". Ни в коем случае я не хочу сказать, что все кто отбывает наказание в местах лишения свободы не исправимы, но те каноны которые на сегодняшний день регулируют помещение в такие места, я считаю, не учитывают ни менталитет российского народа, ни традиций сложившихся в обществе, ну а про обстановку в исправительных учреждениях - это вообще отдельная тема для обсуждения. В оправдание сотрудников ФСИН хочу сказать, что в ежедневном режиме за осужденными смотреть, как и добиваться их исправления, практически невозможно, особенно когда колония рассчитана на 1000-1500 человек, а ночью на дежурстве остается всего около 10-15 сотрудников, в лучшем случае, в итоге все сводится к простой изоляции от общества, но настанет тот момент, когда этот осуждённый все таки освободиться, и здесь нужно задуматься, а нужно ли обществу чтоб такой человек освобождался вообще?