Только сейчас задремал, как замяукал настойчиво в коридоре домофон - возвращались гости соседа, а у них нет ключей. Сосед дрых пьяный, а я, проснувшись, принципиально не хотел подниматься. Потом услышал длинный приближающийся неясный топот в коридоре - кто - то, видать, открыл им. Теперь уж до утра не уснуть. Уселся за свою давнюю работу при лампе дневного света и решил дослушать "Евгения Онегина"при чтении Вячеслава Герасимова. Днем я остановил чтение, когда Онегин стал преследовать письмами Татьяну, уже княгиню. Текст знаком со школьных лет, но давно не слышал его, и при всей знакОмости, ощутил большую новизну, опять ощутил, как гениален Пушкин. Окажись он сейчас между нами, он, совершенно не теряясь, сразу сделался бы нашим современником. Его ход мыслей, составляющий течение романа, воспринимается совершенно свободно и сразу. Материал, не вошедший в основной текст, "апокрифы", оказались вообще для меня неведомы, я их в школьные годы, видать, проманкировал. Сейчас, в начале четверто