Если вбить в поисковике «трасса Скандинавия» и открыть картинки, то следом за красивыми фотографиями залитой солнечными лучами дороги пойдут изображения перевёрнутых длинномеров, разбитых всмятку легковушек, искореженных автобусов - несколько смертельных ДТП в неделю обычное дело для этого шоссе, поэтому за «Скандинавией» прочно закрепилось звание «дороги смерти».
«Скандинавия» или А-181 берет начало в Санкт-Петербурге, проходит через Выборг и заканчивается на границе с Финляндией. Когда въезжаешь на неё впервые никакие ассоциации со смертью на ум не приходят - небольшой участок пригородного шоссе переходит в широкую магистраль, по три полосы в каждую сторону, с новое покрытием, отбойником, освещением. Чувствуется, что едешь по федеральной трассе, скоростной и безопасной одновременно. Однако этот участок быстро заканчивается, и попадаешь на извилистую двухполосную дорогу, без разделителя, без освещения, и, главное, с широкой обочиной с каждой стороны. На обочины смещаются вереницы фур и грузовиков, оставляя посередине одну импровизированную полосу для обгона. Вот на этой полосе и происходят те самые смертельные лобовые столкновения, из-за которых отдельные участки дороги по количеству венков походили на мемориальные кладбища.
Моё первое знакомство с трассой состоялось ещё до открытия нового широкого участка. У меня не было никакой конкретной цели, только любопытство - так ли страшен чёрт? Еду аккуратно, лето, солнце, ничто не предвещает. Внезапно упираюсь в стоячую пробку, которая уходит далеко вперёд и скрывается за поворотом. По встречной никто не едет. Стоим, ничего не происходит. Я раздумываю, стоит ли развернуться, в этот момент по встречке мимо меня проезжает эвакуатор с развороченной кабиной от тягача на платформе. Развороченной просто в хлам, как куча металлолома. Я решаю, что пожалуй да, стоит развернуться. Еду в обратную сторону и наблюдаю, как мне на встречу по своей обочине едет фура, её обгоняет ещё одна фура с выездом на встречку, и всех их в этот самый момент обгоняет легковая, вылетая мне в лоб не просто по встречке, а уже выехав на мою обочину, не оставляя мне места. Мне приходится оттормозиться и уйти буквально на траву, спасибо, что она там была. Кажется, будто автомобиль пролетел в сантиметрах десяти от меня, скорость была не меньше 120 км/ч. Взял бы он чуть левее и не писать мне уже этот текст.
Говорят, что дорога смерти со всеми её изъянами провоцирует водителей на подобные отважные манёвры. Но может, все таки, правильнее говорить не «дорога смерти», а «дорога со смертниками?». Кто виноват в остром желании смертника выйти на обгон именно сейчас, а глухом повороте? Кто выбирает за смертника его скорость? Кто шепчет смертнику на ухо, что между летней сухой трассой и зимней наледью нет разницы? Вот и я думаю, что никто. А за дорогу обидно, она красивая.