Это год чудесных открытий и прорывов. Стало ясным, понятным и даже вполне очевидным это постоянное московское "на дачу". Бывало, читаешь всех этих Чеховых-Толстых, и недоумеваешь, что же это они так со своими дачами носятся, полгода думают, где нанимать, потом ещё полгода нанимают и думают, как бы поскорее нанять снова. За те времена отвечать не буду, но за теперешние уверена вполне. Если вдруг надо спуститься в метро в час пик, а если этому вдовесок предшествует такой же часпиковый подземный переход через проспект — вы меня поняли. Огромная толпа, состоящая из печальных менеджеров (кстати, наиболее безобидная часть метронаселения), смрадных чернорабочих, в переходе с инвалидами, бомжами, бабушками с гармонями и скрипками, чьих инструментов страдания рождают поистине инфернальные звуки, здоровые мужики, дамочки с зонтиками и плотно сжатыми губами, и через одного то толкнут, то втиснутся, и вот уже я, добряк и весельчак в пятнадцатом поколении, сверкая глазами, принимаю судьбоносные