- Луди. Могу я вас называть просто Луди?
- Не думаю…
- Довольно справедливо! Никому, кроме вас, не довелось оказаться на музыкальном олимпе рядом с Моцартом!
- Я не собираюсь занимать место Моцарта в истории, меня устраивает мое собственное, ведь оно немного выше…
Этот диалог состоялся между композитором и одним из гостей на очередном светском ужине после концерта. Бетховен был человеком решительным, прямолинейным, жёстким в общении. Оказавшись непонятым обществом, он оградил себя от внешнего мира и прожил жизнь в одиночестве. Бетховен был глубоко несчастен, но до последних дней не изменял принципам и делал то, во что верил. Его стойкость перед общественным давлением и твердый независимый взгляд на социальную и политическую жизнь давали возможность писать музыку очень искреннюю и правдивую. Но, как известно, правдивость произведения не определяет успех автора. Часто она губит тех, кто посмел её воспроизвести.
Бетховена невозможно было сломить. Он был закален тяжелым детством и невероятной иронией судьбы, которая сделала его глухим. Слепой художник, безрукий скульптор, глухой композитор… Какая насмешка! Большинство своих концертов он доигрывал в пустом зале, но, несмотря ни на что, продолжал писать музыку, которая не соответствовала социальному заказу.
К моменту премьеры своей триумфальной Девятой симфонии композитор уже был не в состоянии сам дирижировать и поэтому стоял на сцене в качестве слушателя спиной к залу, уверенный в том, что он снова опустеет. Бетховен смотрел только на оркестр и вокалистов. Музыка была единственным, что волновало его в тот вечер. И хотя жанр симфонии не допускает использование человеческого голоса, зрители в тот вечер услышали звучание хора в последней части. Это было последним дерзким попранием общепринятых норм. Сегодня эта музыка, известная как «Ода к Радости», является гимном Евросоюза. С последним тактом отзвучавшей симфонии переполненный зал венской филармонии разразился оглушительными аплодисментами. Но Бетховен уже не мог их услышать. Он без каких-либо эмоций смотрел в зал. Он оставался собой! Он прожил свою жизнь, как Людвиг Ван Бетховен!
© ЩЁГОЛЬ ТЁМА